Книга Школа. Никому не говори. Том 1, страница 83 – Руфия Липа

Математичка что-то мяукала у доски. Её мало кто слушал. Люба зевнула и посмотрела на Соню. Та, не тратя времени зря, изучала новую тему в учебнике. Это было лучше, чем пытаться понять «Катькины» сбивчивые потуги.

После невнятного объяснения преподаватель дала задание, которое тоже никто особо выполнять не спешил, и попёрлась к парте Тима, встав там явно для болтовни с учениками. В пылу перешучиваний с шатеном, который неподобающе громко ржал, учительница изредка вспоминала о рабочих обязанностях и тогда пыталась создавать видимость, что следит за классом.

— Даша, знаешь, слушок неприятный гуляет, – донёсся до Любы намеренно громкий ехидный Варин голосок. – Что ты стала с Поспеловой лучшей подружкой! Неужели меня на мокрицу променяла?

Мгновенно подключился Тимон:

— Фу-у-у, Даша! Я от тебя такого не ожидал! Кирпич что ли на голову упал? Или глистами заразилась, и они мозги твои съели?.. Лучше буду держаться подальше, а то вдруг тоже начну со всяким мусором общаться!

— Теряешь хороший вкус на людей, Дашуня! – подхватил Матвей. – Эдакими темпами скоро тебя потеряем! Дашка пострашнеет, усядется дома, напялит юбку ниже колен и превратится в монашку!

Задетая за живое, Люба обернулась. Вся пятёрка вместе со стоявшей рядом математичкой ржала, и Даша смеялась вместе с ними.

— Придурки, сбрендили совсем?!.. Я и Поспелова – несовместимое! Не порите чушь! Если мне из-за классухи с ней приходится сидеть, это не значит, что я теперь вдобавок с кем попало дружу! Дебилы, блин!

Тихоня почувствовала, как воздух внезапно закончился в лёгких. Кровь прилила к щекам, в глазах потемнело. Она отвернулась и притворилась, что не слышит ни ржания ненавидевшей её пятёрки, ни одобрительного смеха Екатерины Алексеевны.

Школьнице было больно и неприятно, что Бутенко при всех, глядя в лицо Илютиной, открестилась от общения с ней. Это обнулило девочку до фундамента школы.

В тот момент Любе стало бесповоротно понятно её ничтожное положение как в 10 «А», так и среди ребят её возраста. Шансов нет. И, чувствуя в который раз боль разбитого вдребезги доверившегося сердца, тихоня окончательно решила, что девичья дружба не про неё писана.

С тех пор как Александра Григорьевна и Сэро имели честь пренеприятно познакомиться, прошло несколько дней.

Не получалось у женщины стереть из памяти злые огоньки в глазах повесы да всё то, что школьник, ничуть не смутившись, ей высказал.

«Некрасиво вышло с пацанами! – переживала товарный кассир. – С Алмазом вместе работаю. А он свой человек на ж/д! Работник хороший, ответственный, да человек порядочный. Поддерживает меня в коллективе и в помощи не отказывает. Алмазу доверяют все, даже начальник станции! Если он уже узнал, что я его сына обидела? Сделал нелицеприятные выводы, огорчился?.. Как теперь в глаза ему смотреть?.. Алмаз с Василём – приятели. Нашли мужики общий язык, так сказать! Лала всегда делает хорошую скидку на рынке, а то и бесплатно отдаёт товар. Надо ситуацию сгладить… Однако сопляк наглый какой! Язык дерзкий прикусить перед взрослым и не подумал! Наговорил пакостей, невоспитанный!»

Александре стыдно было признать, что проницательный Сэро её напугал. Всё-таки парнишка сначала поймал её на предвзятости, а затем грубо тыкнул туда носом, как нашкодившего щенка в лужу мочи. Но и спускать наглость мелкого безобразника ущемлённая женщина просто так не хотела.