Книга Кровавые деньги, страница 61 – Фергюс Хьюм

— Уходи, дура! – гневно воскликнул Фредди и, схватив ее за руку, потащил из комнаты, рыча, как раненый медведь.

Агнес закрыла дверь и обратила взгляд на Ламберта – тот так и стоял, сложив на груди руки, и разглядывал ковер.

— И что дальше? – решительно спросила она.

— Что дальше? – повторил он, не поднимая глаз.

— Это все, что ты хочешь сказать, Ноэль?

— Не знаю, что мне еще сказать. Очевидно, Пайн догадался, что мы любим друг друга, хотя, видит бог, мы вели себя достаточно невинно, – и решил разлучить нас навсегда.

— Ему удастся разлучить нас навсегда?

— Думаю, да. Как человек чести, любящий тебя всей душой, я не могу ожидать, что ты откажешься от двух миллионов ради любви в хижине со мной. Просить тебя о таком – это чересчур.

— Не чересчур, когда женщина любит мужчину так, как я люблю тебя.

На этот раз Ламберт все-таки поднял голову, в его глазах вспыхнули удивление и восторг.

— Агнес, ты же не хочешь сказать, что тебе лучше…

Она прервала его, присела рядом и взяла за руку.

— Мне лучше жить с тобой впроголодь в Аббатском лесу, чем коротать дни в одиночестве в богатом районе Лондона.

— Тебе не придется долго жить в одиночестве, – угрюмо сказал Ламберт. – Завещание Пайна не запрещает тебе выходить замуж за другого.

— Неужели я заслуживаю такого ответа, Ноэль? После того, что я только что сказала?

— Нет, дорогая, нет. – Он тепло пожал ей руку. – Но пойми и меня. Когда мужчина жертвует всем ради женщины – это правильно. Но чтобы женщина жертвовала всем ради мужчины – такой поступок правильным не выглядит.

— Так поступают многие женщины, если любят по-настоящему, как я.

— Но, Агнес, подумай, что скажут обо мне люди.

— Это будет жертва, на которую пойдешь ты, – быстро ответила она. – Я приношу в жертву одно, ты – другое. Если взглянуть на наши обстоятельства в этом свете, они вполне приемлемы. Но есть более серьезный вопрос, который требует ответа.

Ламберт вопросительно посмотрел на нее и прочел ответ в ее глазах.

— Ты имеешь в виду семейное состояние?

— Да. – Агнес тяжело вздохнула и покачала головой. – Жаль, что я родилась в благородном семействе, а не простой деревенской девчонкой. Положение в обществе накладывает свои обязательства, Ноэль. Я давно это поняла, потому и вышла замуж за Хьюберта, человека хорошего и доброго. Увы, я потеряла тебя, но других причин сожалеть о том, что я стала его женой, у меня не было. И я не думала, что он способен так меня оскорбить.

— Оскорбить, дорогая? – вспыхнул Ламберт.

— Как еще назвать этот его запрет? Я не имею права выходить за тебя замуж! Завещание зарегистрируют в Сомерсет-хаусе, его опубликуют газеты. Что тогда скажут люди, Ноэль? Я вышла за Хьюберта, чтобы заполучить его деньги, зная про чахотку и надеясь, что он скоро умрет, а я стану богатой вдовой и найду утешение в твоих объятьях. Вот уж они посмеются, увидев, что завещание опровергло мои планы.

— Но у тебя таких планов не было.

— Конечно нет. Но все решат, что были. Меня оскорбили, и кто? Мужчина, у которого не было причин мне не доверять. Поэтому я склонна отказаться от денег и выйти за тебя – пусть все знают, что эти миллионы я презираю. Однако я ношу фамилию Ламберт и должна думать о семье, как и раньше. И вот тебе главный вопрос: разумно ли ставить долг выше любви во второй раз? Ведь мы и так пережили немалые страдания, а много ли мы получили за наше самоотречение?