Книга Кровавые деньги, страница 58 – Фергюс Хьюм

Разумеется, гости разъехались из поместья сразу же, как закончилось дознание. Они бы сбежали и раньше, но инспектор Дарби настоял: все должны остаться для допроса в связи со случившейся трагедией. Все оказалось безрезультатным – выйти на след убийцы миллионера так и не удалось. Было много разговоров в связи с тем, что тело поместили в склеп Ламбертов, о похоронах написали все газеты. Но не было ни одного предположения – устно или в печати, – способного дать хоть малейший ключ к разгадке имени или местонахождения убийцы. Принимая во внимание романтическую карьеру Пайна, кое-кто полагал, что ему отомстили цыгане из зависти к богатству, другие же намекали, что мотив преступления связан с переходом миллионера в стан язычников. Но все эти домыслы оказались пустопорожними, постепенно сплетни утихли, а публику захватили другие события. Пайн, на самом деле Хирн, убит и похоронен, а его убийца остался на свободе, не оставив следов. Леди Агнес унаследовала не меньше двух миллионов и, имея такие деньги, скорее всего, выйдет замуж за своего кузена и восстановит потускневшее великолепие рода Ламбертов. Так сплетники подытожили обстоятельства и заговорили о другом. В конце концов, трагедия быстротечна – погоревали и забыли.

Сплетники и в городе, и в деревне справедливо полагали, что вдова унаследовала огромное состояние покойного мужа. Но они не знали о связанном с наследством условии, вызвавшем раздражение Агнес и неподдельно встревожившем Гарвингтона. Адвокат Пайна, Джарвин, работавший в тесной конторке на Ченсери-лейн, после похорон отозвал Гарвингтона в сторону и попросил огласить завещание в присутствии лишь нескольких названных людей.

— Завещатель выдвинул условие, которое не следует предавать широкой огласке, – вежливо сообщил Джарвин. – По возможности, текст завещания не должен быть опубликован.

Гарвингтон, внезапно вспомнив о своем проступке и подделанном чеке, не осмелился задавать вопросы, но быстро вызвал названных адвокатом людей. Это оказались вдова, леди Гарвингтон, он сам и его кузен Ноэль, поэтому низкорослый господин никаких опасений не испытывал – родственники не предадут. Но оглашение завещания он ждал не без волнения – что за секретность? Вдруг покойный решил отомстить? При всей своей закоренелости Гарвингтон не хотел, чтобы жена и Ламберт узнали о его преступлении. Он, конечно, не подозревал, что Ламберту уже известно о нем от Агнес, как известно и другое: именно это обстоятельство принудило ее – ибо давление равносильно принуждению – выйти замуж без любви.

Квинтет собрался в маленькой комнате рядом с библиотекой, дверь и окна закрыли, и подслушать их никто не мог. Ламберта слегка озадачило приглашение – он никак не предполагал, что Пайн упомянет его в завещании. Но долго пребывать в недоумении ему не пришлось – представленный господином Джарвином документ оказался на редкость кратким и лаконичным. Пайн никогда не любил разглагольствовать и свою сдержанность перенес в завещание. На оглашение воли усопшего ушло пять минут, и собравшиеся узнали: все недвижимое и движимое имущество безоговорочно отходит Агнес Пайн, вдове завещателя, при одном условии – она не выйдет замуж за Ноэля Тэмсворта Лейтона Ламберта. В противном случае деньги перейдут к иному лицу, чье имя указано в запечатанном конверте, который находится у господина Джарвина. Конверт будет вскрыт, только если Агнес Пайн выйдет замуж за Ноэля Ламберта и официально откажется от своих прав на имущество. Учитывая, что речь в завещании шла о двух миллионах фунтов стерлингов, это был на диво лаконичный документ, и от его прочтения у слушателей перехватило дыхание.