Книга Кровавые деньги, страница 195 – Фергюс Хьюм

Нетрудно угадать, какой вывод был сделан. Коронер произнес короткую речь, отметив, что Фодио хотел заполучить амулет и был последним, кто видел покойного живым. По сути, коронер обобщил показания исследователя и озвучил сомнения миссис Ботторт. Убийство, отметил он, было явно непреднамеренным, ведь топор схватили со стены только потому, что покойный проснулся, когда убийца искал амулет. Коронер рассказал и многое другое, а потом обратился к присяжным – пусть выносят вердикт на основании полученных доказательств.

Присяжные проявили единодушие, хотя в защиту Фодио говорило многое. Но его отъезд на континент настроил присяжных против него, и они вынесли вердикт о совершенном им умышленном убийстве.

— Никакого другого вердикта не могло и быть, – ликующе заключил Меркер.

Показания, данные в ходе дознания, опубликовали в газетах, и все сомнения в виновности Фодио отпали. Высказывались мнения, что цивилизовать дикаря, увы, невозможно. Молодой вождь умбиди получил образование в Кембридже, его обратили в христианство и всеми способами старались приучить к тому, что закон и порядок – это хорошо. Но из-за суеверного поклонения перед камнем, которому вопреки логике приписывают сверхъестественные способности, он убил того, кто пытался ему помочь. Миссионерские общества были потрясены этим провалом и громко, как и пресса, требовали схватить Фодио и наказать. Однако сказать легче, чем сделать, ведь молодой негр все еще находился на континенте. Расследование в Париже показало: он просто заехал в великий город и покинул его в неизвестном направлении. Но Скотленд-Ярд уже связался с полицией разных стран, где мог находиться Фодио, и с немалой степенью вероятности можно было сказать: рано или поздно его арестуют. Замолвить слово за несчастного могли только два человека.

Можно было предположить, что эти двое будут настроены против предполагаемого преступника наиболее рьяно: одна из них – дочь убитого, другой – ее жених, лейтенант Карвер. Но ни Элисон, ни Джим не согласились с приговором, хотя улики свидетельствовали о вине Фодио. Карвер знал вождя несколько лет, был обязан ему жизнью и просто не мог поверить, что этот храбрый человек, его друг, мог совершить столь жестокое убийство. Элисон знала негра меньше, но ее суждение о нем было таким же, как и у ее возлюбленного. Если верить косвенным уликам, Фодио, несомненно, был виновен. Но сердце девушки подсказывало ей обратное. Надо признать, что и Элисон, и Джим не понимали, почему Фодио отсутствует. Даже если считать, что он не сильно жаловал газеты, как английские, так и иностранные, он наверняка уже слышал о преступлении. А раз знал, что мистера Уэлдона жестоко убили, то не мог не догадываться, что его имя упомянуто в деле, не обязательно в качестве главного обвиняемого. Возлюбленные знали: Фодио прекрасно осведомлен, что Меркер его ненавидит и, следовательно, не упустит возможность навредить ему. Однако вождь не оставил адреса, связаться с ним Джим никак не мог, и они могли лишь терпеливо ждать его возвращения. А если он так и не объявится в Англии? Тогда Элисон, при всем своем пристрастном к нему отношении, будет вынуждена согласиться: преступление совершил он.

Разумеется, имя Фодио было запятнано, и молодой вождь уже не стоял на пути Меркера. Не было сомнений в том, что звезда исследователя восходит, его кандидатура на пост правителя земли Акпам была благосклонно встречена власть имущими. Меркер белый, показал себя прекрасным администратором. Смел, решителен, деятелен, дипломатичен и изобретателен – такой наверняка сумеет навести порядок в землях, то и дело подвергающихся набегам Ибено. Правда, пока что предводитель бандитов удалился в свой разрушенный город и пребывает в мирном расположении духа. Но рано или поздно он возобновит свои разбойничьи вылазки, и для борьбы с ним понадобится сильный человек. Фодио возложенных на него надежд не оправдал, значит, есть Пол Меркер, вполне подходящая кандидатура. Его поддержали даже миссионерские общества, и Меркер обрел популярность. Убийство нигерийского миссионера привлекло к Нигерии внимание общественности, в результате к концу лондонского сезона Меркер обрел статус чуть ли не светского льва. Красивый и умный, он не упустил полученного преимущества, и препятствия на его пути к успеху постепенно начали исчезать.