Книга Кровавые деньги, страница 192 – Фергюс Хьюм

— И сейчас это говорю. И можно добавить, Элисон, что, раз миссис Ботторт привела в порядок замок с защелкой, Фодио не мог вылезти по веревке и снова войти в дом. Скорее, в доме был Меркер.

— Я сама на это намекнула, но он только рассмеялся. У тебя есть какие-то основания его подозревать?

— Нет, – сказал Джим печально. – Никаких оснований у меня нет, кроме того, что я считаю Меркера отъявленным мерзавцем. Почему, как ты говоришь, Нгвам хочет к нему вернуться, я не могу себе представить. Разве что… – он заколебался.

— Что? – нетерпеливо спросила она.

— Что, если Меркер подослал сюда Нгвама, чтобы тот убил твоего отца и украл амулет?

Элисон покачала головой.

— Миссис Ботторт клянется, что Нгвам был заперт в подвале, – строго заявила она.

— Да. Точно, – произнес Джим в отчаянии. – Вот ведь загадка, Элисон. Я не доверяю Меркеру, но, похоже, он невиновен. Все указывает на Фодио, но я, хоть убей, не могу поверить, что такой хороший парень мог пойти на убийство. Как глупо, что он уехал.

— Уехал? – спросила Элисон, сильно удивленная.

— Да. Утром после убийства я позвонил ему в гостиницу и узнал, что он уехал в Париж по делам, связанным с Конго. Адреса он не оставил, и я не знаю, куда ему сообщить, что надо вернуться. Если его не будет на дознании, миссис Ботторт даст показания против него, присяжные вынесут вердикт об умышленном убийстве, и Фодио арестуют.

— Джим. – Элисон стала еще бледнее, чем была. – Странно, что он вот так взял и уехал.

— Ничего странного. Будь он виновен, сбежал бы на континент еще вечерним поездом. Вполне мог успеть, но уехал только в семь утра. Думаю, он про убийство ничего не слышал, ведь прошло уже два дня.

— А газеты?

— Фодио они мало интересуют. Но дознание назначено на сегодня, Элисон, и, если Фодио на него не явится, его по возвращении непременно посадят в тюрьму.

— Мистер Меркер приложит все силы к тому, чтобы его арестовали.

— Полагаю, что так. Кстати, у Меркера все складывается удачно, Элисон. Я видел в утренней газете, что у него есть все шансы быть избранным на желаемую должность в землях Орах-Акпам. Кроме того, его пригласили в Министерство колоний – проконсультировать власти насчет какого-то договора с туземцами. Похоже, его звезда восходит.

— Вот как. – Элисон вздрогнула, ее словно осенило. – Амулет!

Джим сразу понял ход ее мыслей и рассмеялся.

— Думаешь, его успех объясняется тем, что у него появился амулет, дорогая? Какая чепуха. Даже укради он его, по абсурдному суеверию ему пришлось бы омыть его в крови человека.

— Кровь отца, – задыхаясь, пролепетала Элисон и едва не рухнула наземь, но Джим успел ее подхватить. – Джим, вспомни – кровь на лице моего дорогого отца! Боже! Боже!

— Не говори глупостей, Элисон, – воскликнул Карвер, поморщившись и побледнев. – Меркер, конечно, негодяй, но все-таки не дьявол. Не надо нам говорить об этом. Лучше бы ты поехала в Брайтон и пожила у своей тети, пока все не закончится.

— Нет! Нет! Мне надо быть сильной. И полиция просит меня дать показания.

— К черту полицию, – горячо сказал Джим, хотя понимал: Элисон права. Как бы он ни желал избавить ее от этих ужасов, ничего не поделаешь, придется ждать конца дознания и похорон ее отца.

К счастью, Элисон Уэлдон была необычайно храброй девушкой и, когда четко осознавала свои обязательства, без колебаний выбирала указанный путь, пусть и вопреки своим ощущениям. Она согласилась принять Меркера, когда на нее навалилась такая беда, и это говорило о ее решимости вести себя героически, а в разговоре с возлюбленным она не стала усугублять его тревогу рыданиями и причитаниями, как поступили бы многие девушки ее возраста. Но поскольку Элисон сдерживала свое горе и, несмотря на бледность, не проронила ни слезинки, миссис Ботторт решила, что она не слишком переживает потерю отца. Даже мисс Сендел для себя решила, что Элисон довольно жестокосердна. И правда, донна Кристина оплакивала миссионера гораздо больше, чем его собственная дочь, и не скрывала своих чувств.