Книга Аноним, страница 7 – Урсула Познански, Арно Штробель

Бутылка ещё у губ, когда звонит телефон. Мобильный номер, но в контактах его нет.

— Саломон, — коротко отвечаю я.

— Доброе утро, госпожа Саломон, говорит Арендт. Мы уже переписывались по электронной почте, помните?

Ещё бы. Магдалена Арендт, первый главный комиссар уголовной полиции. Я смотрю на часы — неужели опоздала? Мы договаривались на половину десятого…

Она не ждёт ответа.

— К сожалению, познакомиться в моём кабинете, как планировалось, не получится. Сегодня утром обнаружили труп, скорее всего, речь идёт о насильственной смерти. Я еду туда. Где вы сейчас? Дома?

Я проглатываю остаток горькой кашицы, прилипшей к нёбу.

— У Аусенальстера. Только что бегала.

— Где именно?

Я оглядываюсь. Гамбург я пока знаю не слишком хорошо.

— Довольно близко к центру. Тут неподалёку мост…

— Мост Кеннеди, — перебивает она. — Отлично. Я буду у вас примерно через пять-семь минут. Ждите перед отелем Atlantic, хорошо?

Несколько секунд уходит на то, чтобы понять: она имеет в виду гостиницу Atlantic. Но прежде чем я успеваю подтвердить, Арендт уже отключается.

Мы прибываем почти одновременно. Её роскошная машина останавливается прямо рядом со мной, пассажирское окно опускается.

— Вы Нина Саломон?

Я киваю и сажусь.

Пепельно-русое каре, дорогой брючный костюм, сдержанный, почти мужской парфюм. Она лишь мельком смотрит на мою заляпанную майку, ничего не говорит и сразу переходит к делу.

— Простите, что у вас не будет времени сначала освоиться и познакомиться с командой, — говорит она, вновь вливаясь в поток. — Но поскольку вы будете работать с Бухгольцем, а он ведёт новое дело, я решила, что лучше сразу вас подключить.

— Полностью согласна. — Я откидываюсь на спинку. Таблетки милосердно начинают действовать. У Арендт хорошие шансы мне понравиться. Без лишних церемоний и эффективно — это я ценю в коллегах.

Некоторое время мы молча сидим рядом, и как раз когда я собираюсь спросить, может ли она уже что-нибудь рассказать о новом деле, Арендт снова заговаривает:

— Остальным я не сообщила, почему вы решили перевестись. На мой взгляд, незачем всем это знать. Но я рассчитываю, что у нас вы будете соблюдать правила.

Я смотрю на неё сбоку и считаю до трёх.

— Таков план, — бормочу наконец, довольная, что подавила первый порыв. Я уже настолько привыкла немедленно занимать оборону, что резкая отповедь почти сорвалась с языка.

До места мы добираемся меньше чем за пятнадцать минут. Заброшенное промышленное здание, перед которым припарковано несколько машин. Чуть левее знакомая картина: люди склонились над чем-то. Над кем-то. Другие стоят по двое-трое и разговаривают.

— Так. — Арендт глушит двигатель и открывает водительскую дверь. — Пойдём посмотрим.

Мы выходим.

— Но сначала я представлю вас Бухгольцу, — объявляет она и идёт впереди к двум мужчинам, заслоняющим место, где, должно быть, лежит жертва.

На обоих белые одноразовые комбинезоны, обязательные внутри оцепления, но капюшоны уже откинуты, а верхние застёжки-липучки расстёгнуты. Один — удивительно низкий, с редкими волосами и широкой улыбкой — приветливо кивает нам.

Под комбинезоном второго виден тёмный пиджак.

Я мысленно молю небеса, чтобы моим будущим напарником оказался коротышка, — тем более что второй смотрит на меня так, будто я только что вылезла из выгребной ямы. Пижон.