Книга Тетрадь в косую линейку, страница 507 – Марина Колесова

— Я не девушка уже давно. И вообще обращение по гендерному признаку мне не нравится. Меня тут сударыней назвали, вот это мне понравилось.

— Понял. Сударыня, ты сказочная волшебница.

— Несмотря на то, что предупредила твоего соседа о грозящих его дочери бедах? Волшебницы ведь не предупреждают, они всех избавляют от бед и страданий, несмотря ни на что. Они так палочкой раз, – я демонстративно взмахнула рукой изображая движение волшебницы, – и девочка снова здорова, весела и счастлива.

— А если бы могла, так бы сделала? – тут же поинтересовался Аркадий.

— Можно я не буду отвечать, потому что всё равно не могу так сделать?

— Ответь. Пожалуйста.

Поняв, что Аркадий не отстанет я отрицательно покачала головой:

— Нет, не махнула бы. Потому что законы Вселенной на редкость целесообразны и не мне их менять, будь у меня хоть десять палочек.

— Примерно такого ответа и ждал, – согласно проронил он. – Ты сурова. Но ведь с Димкой-то захотела расклад Вселенной поменять?

— Я заплатила за это своё желание сполна. Все свои счета оплатила. А вот таким же образом расплачиваться по чужим счетам желания не имею. Понимаешь, любая волшебная палочка это лишь перераспределение. Чтобы куда-то лишнее добавить у кого-то это нужно забрать. Ты уверен, что готов принять на себя роль того, кто так всё перераспределяет? Я вот нет. За свой счёт помочь могу, но лишь тому, кому сама хочу, а не тому про кого мне в уши поют, что помочь ему мой долг. Я не должна никому и ничего. На данный момент у меня нет долгов в этом мире. Я стараюсь их не копить, поэтому живу легко и радостно. Чего и тебе желаю.

— Как это долгов нет? У тебя есть дочь.

— Аркаш, обычно дети это наши долги. Согласна. Но не в данном случае. Что смогу, дам. Наследство тоже потом поимеет, если меня переживёт. Кстати, можешь меня поздравить, скоро у нас с Димкой ещё одна дочурка будет. Так что наследством уже двоих обеспечивать придётся.

— Не понял. Ты беременна снова? – удивился Аркадий.

— Нет к счастью. Мы договор с Оксаной заключили на суррогатное материнство. Её дочь будет нашей.

— Вот ты даёшь. Ты меня удивляешь всё больше и больше. Димка рад?

— Не особо. Он зациклен на Норе, делить свою любовь и свои ресурсы не особо хочет, но придётся.

— Ты говоришь это с таким посылом, Алин, что мне начинает казаться, что не ребёнка ты в семью ждёшь, а Димку зацепить этим хочешь. С одной стороны логично. Его ребёнок от другой женщины это малоприятное событие, но что-то мне подсказывает, что причина не в этом, а в том, что тебе очень хочется его поставить в положение, когда ещё одному своему ребёнку он не рад, как и ты была своему. Вот считывается твоё злорадство на предмет: теперь ты очутился в моей шкуре, дорогой. Ты, мол, упрекал, что не радоваться детям моветон, теперь я буду смотреть, как не радуешься ты. Так?

— В десятку, Аркаш. Да. Причём ты не поверишь, но скорее всего, ко второй дочери я буду гораздо более толерантна, чем к первой.

— Почему не поверю? Я это уже почувствовал. Ты по разному даже говоришь о них. Похоже, во время беременности родная дочь тебе порядком досадила и простить ей этого ты никак не можешь. В этом вопросе ты жуткая эгоистка, Алинка. Прям махровая как оказалось. Тебя чуточку напрягли без твоего согласия, и ты до сих пор в амбициях. Мне очень жаль твою Нору. Иметь такую чудесную мать и при этом ощущать, что она на дух тебя не переносит, это ужасно. А сейчас ты ведь ещё младшую неродную дочку начнёшь демонстративно опекать и одаривать своим вниманием. Это будет отвратно, Алин. Вот прям бессовестно с твоей стороны.