Книга Тетрадь в косую линейку, страница 421 – Марина Колесова

— Аркаш, мы многое в нашей жизни делаем неправильно. Но если это сделано с удовольствием, то неправильность компенсируется. Главное пропорции не перепутать и грань разумности не перейти. Сейчас вот эксперимент проведём, и завтра ты мне расскажешь сумела ли я сегодня эти пропорции для вас соблюсти, или нет.

— Интересное предложение. Тогда давай осушим эти бокалы за тебя, моя хорошая, чтобы ты пылала ярко, как этот камин, радуясь этому сама и радуя окружающих игрой своего пламени. Это, кстати, завораживающее зрелище игра огня. С детства любил наблюдать за костром.

— Маленькое замечание можно, пока не осушили бокалы, Аркаш? Я в принципе не против тостов, но вино коллекционное, залпом его пить не надо, его потихоньку смаковать надо. Вот без тостов, в процессе беседы, чтобы распробовать вкус и ощутить аромат. Это не портвейн три семерки из твоей студенческой молодости.

— А чем он был плох, моя хорошая? – рассмеялся в ответ Аркадий. – Когда в походе у костра, да с горячим чаем. Я бы не отказался сейчас от такого. Хотя по молодости, всё хорошо. Может, сейчас выпил бы и плевался. Но тогда нам казалось, что это классно. Галь, ты пила в юности такой портвейн?

— Я же с Сибири. У нас там настойки больше. На кедровых орехах, например, или можжевеловая. Так что нет, не пила я портвейн. А вино, кстати, вкусное, но терпкое немного. И несладкое совсем, – отпивая из бокала, проговорила Галя.

— Настойки это хорошо. Мне тут на конференции коллега знаешь какую настойку, Галь, подарил? Из змеи! Вот бутылка, а в ней заспиртованная змеюка плавает. Бррр. Я её на работе в шкаф поставил, буду нетрезвых коллег пугать, чтобы на работе не пили.

— А я такую пила, это нестрашно, и даже, говорят, полезно, – немного натянуто улыбнулась в ответ Галя. – Их китайцы делают. Так что вряд ли кто-то испугается, скорее заберут у Вас бутылку, Аркадий Львович, и продолжат банкет, закусив при этом ещё и змеючкой.

— Ты хочешь сказать, Галчонок, что операционные сёстры столь суровы, что для них заспиртованная змея, это хорошая закуска? Круто. Тогда домой принесу, сама съешь. А я с соседом пари заключу сможешь ты или нет. Он конечно же, подумает, что нет, а ты её съешь. Вот смеху будет.

— Нет, я съесть не смогу, – Галя замотала головой. – Я лишь настойку пила. А вот Нина Семёновна, она говорила, что ела такую. Когда в Китае была с мужем, они ели.

— Тогда настойку с тобой выпьем, а змейку ей подарим. Идёт? – Аркадий заговорщицки подмигнул Гале.

Неотрывно глядя на него и плотно сжимая бокал в руке, она сначала кивнула, а потом закусила губы, и по щекам у неё потекли слёзы.

— Галчонок, ты что? – Аркадий отставил свой бокал, подошёл к ней, присел перед ней на корточки и осторожно коснулся щеки: – Ты что плачешь, маленькая? Что случилось?

— Я думаю, я думаю, думаю, что этого не будет… ты, наверное, теперь меня бросишь… – всхлипывая, проговорила она. – Ты вряд ли теперь сможешь со мной дальше, ну как было. Хотя всё равно это, наверное всё рассказать было надо.

— Вот дурочка, – усмехнулся Аркадий, потом забрал у неё из рук бокал, поставил на пол, после этого взял её руки в свои и поднеся к губам, проговорил: – Милая сударыня, я понимаю, что момент не особенно торжественный сейчас получится, поскольку кольца в кармане у меня нет, но вот хочется мне всё равно предложить тебе стать моей женой. Могу даже на колено встать.