Книга Квартира в Париже, страница 99 – Келли Боуэн

Шварц нахмурился и, что-то буркнув себе под нос, отложил фотографию и направился в кухню. Никого там не обнаружив, развернулся кругом и прошагал через коридор в спальню. Эстель последовала за ним и остановилась в дверях, прислонясь к косяку и сцепив руки перед собой. Как и в гостиной, немец подошел к окну и выглянул на улицу, явно не заметив ничего подозрительного, потом обратил внимание на гардеробную и, не выпуская из рук оружия, протиснулся внутрь. Ощупав одежду, развернулся и заглянул под кровать, поводя стволом из стороны в сторону.

Наконец, поднявшись, он с разочарованным видом огляделся и заметил громоздкий шкаф.

Увидев, как он с оружием наготове распахивает дверцу, Эстель почувствовала, что ногти впиваются в ладони, и с трудом заставила себя расслабиться.

— Ну надо же! – проворчал немец.

Сердце Эстель ухнуло в пятки, и на ватных ногах она подошла поближе.

Длинные пальцы Шварца перебирали струящийся шелк сапфирово-синего платья с вышивкой и жемчужной окантовкой по лифу.

— Такое даже принцессе не стыдно надеть, – заметил он, срывая наряд с вешалки.

— Я в нем выступаю… – с неподдельной дрожью в голосе начала Эстель.

Гестаповца нужно увести от этого шкафа и как можно скорее, пока он не выгреб все его содержимое. Достаточно малейшего кашля, чиханья, оброненного на пол карандаша или скрипа кровати, да любой из сотен мелочей, чтобы вся их конспирация пошла прахом.

— Да-а.

Кинув платье на кровать, он потянулся за другим, роскошным нарядом из ярко-лимонного крепа.

— Моей жене такие понравились бы, – заметил он. – Я бы с удовольствием ее порадовал, но сколько ни вкалывай, на такую роскошь никогда не заработать. А в этом Париже шлюха из кабаре наряжается не хуже королевы. Живет по-королевски.

Он провел стволом пистолета по желтому креповому платью.

— Пожалуй, надо жене сделать подарочек. В этой квартире столько красивых вещей. Такой богатый выбор.

Желтое платье легло на кровать рядом с голубым, и он потянулся за следующим, кремовым, сплошь расшитым золотой нитью.

— Что ж, выбирайте, – во весь голос заявила Эстель, глядя, как он хватает воздушный шелк. – Все эти платья мне подарил рейхсмаршал Геринг. Уверена, он не будет против.

Шарфюрер отдернул руку, словно обжегся, и уставился на Эстель.

В ответ она мило улыбнулась.

— Рейхсмаршал обожает кутюр. Говорит, в том платье я похожа на ангела. Может, ваша супруга тоже. Я ему передам.

Шварц поспешно захлопнул шкаф. При упоминании полковника Майера он только помедлил, зато имя Геринга произвело желаемый эффект.

Порой правда оказывается полезней любой лжи.

Гестаповец сунул оружие в кобуру и в сопровождении Эстель направился к выходу.

Фрау Хофман все еще торчала в дверях своей квартиры, укачивая хныкающего ребенка. При виде Шварца, возвращающегося несолоно хлебавши, она явно расстроилась:

— Ну что, нашли, где она их спрятала? Предателей? Спрятала, я точно знаю.

— Нет там никого.

Немец буравил Эстель тяжелым взглядом, словно пытаясь разгадать, кто она такая: светская дама, певичка, проститутка, любовница, симпатизирующая немцам или все сразу. А может, как раз наоборот?

— Но я не отступлюсь. Предателя не переделаешь. Натура свое возьмет.