Книга Квартира в Париже, страница 106 – Келли Боуэн

— Спасибо за предупреждение, – усмехнулся Габриэль.

— Уж не знаю, что нового вам может открыться в ее вещах, оставшихся с войны, – засомневалась Абигайль.

— Но поискать-то стоит, – пожал плечами Габриэль. – Сейчас заглянем к деду, а после обеда, пока он будет отдыхать, поднимемся на чердак.

— Потом расскажете, если что найдете?

— Ну конечно.

— Ну что ж, удачи, – пожелала Абигайль. – И напомните дедушке: обед подадут в час.

* * *

Габриэль проводил Лию в скромную комнату, которую они называли читальней, с высокими окнами на юго-западной стороне, благодаря которым там почти всегда было светло, даже в те дни, когда небо заволакивало плотными тучами. Между окнами высились книжные шкафы, набитые не теми фолиантами в кожаных переплетах, что украшали кабинет в отреставрированной части дома, а зачитанными до дыр, потрепанными романами.

Наискосок друг напротив друга стояли два удобных темно-серых дивана, застеленных аляповатыми клетчатыми покрывалами, с журнальными столиками, заставленными рядами фотографий в рамочках. Под окнами примостились разношерстные глубокие кресла с «ушами», заваленные думочками с вышитыми крестиком собачками и вроде цыплятами.

У стены стоял небольшой телевизор, хотя Габриэль не припоминал, чтобы когда-то подолгу перед ним засиживался, даже в детстве.

Здесь принимали гостей, читали, обдумывали партии за деревянной шахматной доской, занимавшей почетное место на столе между диванами.

Уильям Сеймур сидел с закрытыми глазами в кресле-каталке у дальнего окна. Несмотря на почтенный возраст, в его облике до сих пор проглядывали черты юноши, каким он когда-то был, плечи все так же широки, длинные изящные пальцы не скрючены артритом. Судя по румянцу на щеках, он только недавно побывал на свежем воздухе, и даже глубокие морщины не портили впечатления от орлиного носа и волевого подбородка.

На голове его поверх седых волос были надеты шумоподавляющие наушники.

— Спит, что ли? – послышался шепот Лии из-за спины Габриэля.

— Нет, – покачал головой тот.

Уильям вдруг разразился резким хриплым смехом.

— Книгу слушает.

Габриэль шагнул через порог и загрохотал кулаком по двери.

Дед распахнул глаза за круглыми очками и расплылся в радостной улыбке, неловко теребя лежащий на коленях плеер и стягивая наушники:

— Габриэль, Абигайль сообщила, что ты приехал. Я так рад.

Голос у него был скрипучий, годы явно взяли свое.

— Я тоже.

Габриэль подошел к деду и склонился над коляской, обнимая старика.

— Прости, что в последнее время так редко навещаю.

— Чушь! – отмахнулся Уильям. – У тебя столько дел, это же здорово. Нечего молодежи бездельничать. Вот доживешь до моих лет, тогда и насидишься на солнышке под чужие байки.

— Что слушаешь? – спросил Габриэль.

— Корнуэлла. Обожаю приключения.

При взгляде на входящую в комнату Лию в его голубых глазах мелькнули озорные искорки, и он отложил в сторону наушники, с улыбкой вскинув кустистые седые брови:

— Абигайль сказала, ты привез гостью. Познакомь нас.

Лия подошла поближе.

— Конечно, – Габриэль повернулся к ней. – Мисс Аурелия Леклер из Парижа.

— Очень приятно познакомиться, мистер Сеймур.

Лия подошла к старику, пожала протянутую руку и расцеловала его в обе щеки.

— Взаимно, взаимно, – прохрипел он. – Уж простите, что я сидя. – Он выставил левую ногу в завернутой по середину голени штанине, приколотой булавкой. – Старый обрубок так разнылся, что даже протез пристегнуть не дал.