Онлайн книга «Белый амариллис»
|
Но он действительно был там — белоснежный огромный океанский корабль с четырьмя черными с красной линией трубами, с зигзагами камуфляжа и горделиво реющем на мачте Юнион Джеком. «Тубероза», «Тубероза»! — словно заклинание восторженно зашептали самого разного размера и возраста разбитые, обветренные, покусаные губы. «Тубероза — семейство агавовых. В некоторых странах зовется Амариллисом» — тупо выдала память Нелли строчку из иллюстрированного учебника ботаники, которой она так увлекалась в детстве. Словно опровергая свое цветочное название, корабль дерзко ощерился двенадцатью противолодочными пушками. Так как большевиков поблизости замечено не было, пушки, скоре всего, предназначались германскому противнику. Ручеек ее «однополчан» заструился вниз, к пирсу. Но Нелли осталась. Медленно стянула с себя ненужный платок. В тулупе было жарко, но она этого не замечала. Смотровая площадка была огорожена низким бордюром с мраморными перилами, внизу скала резко обрывалась в пропасть прибоя. Вот она — земля, вернее, палуба обетованная! Но радости не было. Весь ужас происшедшего навалился на Нелли мрачным чудищем. Спастись любой ценой?! Как же так?! Все ее воспитание, корни, вся ее родословная, должны была подготовить ее к тому, что спасать-то надо было бессмертную душу, а не плоть! А что же она натворила — погубила душу! Кому теперь нужна ее поруганная, использованная плоть?! Нелли охватила дрожь омерзения к себе. Не отрывая взгляда от белоснежного корабля, она ступила поближе к краю бордюра. Еще шаг, еще один… Кто-то цепко ухватил ее за локоть. От неожиданности Нелли ахнула и резко обернулась. По-прежнему увлекая ее подальше от края площадки, небольшого роста сухонький пожилой господин во фраке и с уморительной бородкой клинышком, второй рукой вовсю размахивал старомодным черным цилиндром. — Императорский торговый дом Гершензон и Гершензон, ваша светлость! * * * Вода в ванне стала прохладной. Нелли потянулась было к крану, чтобы добавить горячей воды, но передумала. Блаженно поднялась, облачилась в шикарный розовый банный халат с эмблемой корабля и ступила босыми ногами на мягкий ворсистый ковер безупречной чистоты. Такой роскоши, как в этой трехкомнатной каюте, не было даже в доме у Мещерских, чье состояние к двадцатому столетию заметно сократилось. Медленно, чтобы продлить удовольствие, Нелли вышла из ванной, переоделась в розовый пеньюар и опустилась ничком на огромную двуспальную кровать с парчовым балдахином, обняв обеими руками розовую, с золотой вышивкой, подушку. Надо же, ведь и дня не прошло, как она стояла у края обрыва. Во всех смыслах, горько подумалось ей. Наверное, если бы Гершензон и Гершензон попытался прочитать ей проповедь или нотацию о смысле и ценности жизни, она в тот же момент вырвалась и бросилась бы вниз. Но мудрый старикан, вцепившись в ее локоть с неожиданной для своего хрупкого телосложения силой, буквально оглушил Нелли болтовней, упорно таща ее подальше от опасного места. Откуда же он взялся?! Ах да, кажется пристал к их группе где-то на Херсонщине, достаточно недавно. И откуда ему известно ее имя и никому теперь не нужный титул? — Нам здорово повезло! — болтал между тем Гершензон и Гершензон (интересно, кем же был ее новый знакомый — первым или вторым Гершензоном — глупо хихикнулось Нелли). — На прошлой неделе взбунтовалась команда двух стоявших на рейде французских кораблей. Большевистская пропаганда! Подняли красные флаги, объявили неповиновение капитану и офицерам и ушли под пение Марсельезы! И это в военное-то время! — бушевал старик. |