Книга Либелломания: Зимара, страница 196 – Н. Мар

— Мне бы ваши катастрофы. Вот я на этот раз оставил Чивойта с Бубонной, а не у матушки. Так мне, может, сильнее вас охота, чтобы здесь всё прошло гладко.

Мы везли сапфировый бокс с алмазами на Ибрион, а не прямиком на Цараврию. На научный спутник можно было попасть только из столицы, в наноуглеродном портале нимбулупа, в капсулах которого не укачивало только двоечников, конвисфер да роботов. Вокруг Ибриона сверкали кольца из облаков алмазной крошки. Они были разной плотности и конфигурации, то сгущались, то рассеивались. Это была система экранирования, отражавшая всё на свете: солнечный ветер, метеориты, прослушку. Она же рассеивала мелкий орбитальный мусор и растирала в порошок любые торпеды, хоть с термоядерной, хоть с бактериальной начинкой. И в небе всегда можно было найти слабую радугу в солнечный день, а то и не одну.

Нас с Пенелопой встретили в терминале космопорта и сразу предложили пройти в капсулу нимбулупа.

— А это вам придётся сдать в багаж, — андроид с фиолетовыми глазами показал на сапфировый бокс. — Он поедет грузовой капсулой.

Я напряглась. Спрашивать, как часто у ибрионцев терялся багаж, было неприлично. Пока я мялась, это сделала за меня Пенелопа.

— Потери в пределах статистической погрешности, — нисколько не успокоил нас андроид, заталкивая нашего Кая в какую-то трубу с чемоданами. — Не волнуйтесь, её величество присвоила этому рейсу высший приоритет безопасности и распорядилась доставить бокс под охраной в центр высокотехнологичной медицины. Да, и вот ещё что.

Он высыпал нам полную горсть красных бусин.

— Карминель. Чтобы не мутило в дороге, только это и помогает. Настоящая карминская карамель, там недавно запустили фабрики.

Дорога в нимбулупе заняла ровно одну песню, и все четыре минуты я смотрела, как карминель катается на ладони вокруг моего бриллиантового маркиза и отражается в его гранях.

На Цараврии было дождливо, хмуро и… гениально. По совету голограмм-указателей, которые летели за гостями, я нашла вендинговый автомат и выбрала два зонтика в виде золотистых нимбов. Зонтики, отклонявшие дождевые капли, гостям империи полагались бесплатно. Обрадовавшись, Пенелопа с восторгом купила в том же автомате одноразовый триниджет на автопилоте. Она так удивилась, что автомобилем здесь обзавестись легче, чем пакетом чипсов, что тотчас разорилась ещё на один. После поездки одноразовые триниджеты превращались в безделушки вроде брелоков или открыток и оставались милыми сувенирами. Всё на Ибрионе и Цараврии казалось очень далёким от привычного мира. Пока мы ждали провожатых, я подумала, что, если ничего не получится, то мы с детьми, пожалуй, переберёмся на Цараврию насовсем. Если позволят их величества. Потому что в одонате без Кая мне нечего было делать, кроме как целыми днями дышать на пыльное зеркало.

Центр высокотехнологичной медицины был фантастически нереален, как мираж в тумане, и напоминал спираль ДНК. Помещения-нуклеотиды делились на подвижные и статичные. Те, что поменьше, перемещались вверх-вниз по спирали, таким образом личные кабинеты представляли из себя и комнату, и лифт. Минипортов было так много, что здание снаружи напоминало праздничную гирлянду. Нас куда-то провожали, перевозили, переносили, переводили и наконец доставили на самый верх.