Книга Настоящие алмазы фальшивой графини. Дилогия, страница 101 – Татьяна Милях

Ткань же этого платья хрустела новизной и пахла свежестью. Оно было девственно-чистым, как та новая жизнь, в которую её приглашал Арсеньев. Это так тронуло девочку, что она невольно шмыгнула носом.

— Это мне? — прошептала она, удивлённо взглянув на пожилого мужчину.

— А кому же ещё? — Арсеньев усмехнулся. — Больше в доме таких пичужек нет. А во втором свёртке платье суконное, для прогулок. К нему накидка тёплая и чепец, чтобы твоё «непотребство» на голове прикрыть. Негоже девице с обкорнанными волосами людям показываться, срамота одна.

— Ой, спасибо, Егор Захарович! — засияв, как начищенный самовар, воскликнула Дарёна.

— Погоди благодарить, сначала примерь.

Подхватив свёртки, Дарёна помчалась в свою комнату. Спустя четверть часа она замерла перед большим зеркалом в тяжёлой дубовой раме. Её отец, хоть и не бедствовал, больших зеркал для дочери не покупал, всё недосуг было, да и вроде как мала ещё, а теперь из глубины светлого стекла на неё смотрела юная незнакомка. Платье из серого сукна сидело ладно, подчеркивая её хрупкость, а чепец с кружевной оборкой скрыл обкорнанные вихры, превратив нескладного «мальчишку» в приличную девицу. Дарёна робко коснулась пальцами своего отражения, точно проверяя: не растает ли? Сердце забилось чаще, и, убедившись, что это не сон, она сглотнула комок в горле, расправила складки на подоле и поспешила вернуться в гостиную к Арсеньеву.

— Всё впору! — воскликнула Дарёна, радостно крутанувшись на месте, и подол платья взметнулся колоколом.

— Вот и славно. Башмаки брать не стал, побоялся с размером промахнуться. Ничего, с миссис Грей в лавку съездите, подберёте.

— Я всё отработаю, Егор Захарович! — затараторила девочка, преданно глядя на него. — Только скажите, что делать!

— Главное, Дарья, больше не шарить по чужим карманам, — сделав небольшую паузу, Арсеньев строго нахмурился, — Поняла? Воровскому промыслу конец!

— Поняла, — Дарёна решительно кивнула. — Даю слово, больше ни-ни! Да и зачем мне теперь чужое? — Она лучезарно улыбнулась, но тут же вопрошающе округлила глаза. — Егор Захарович, а когда вы меня розыскному делу обучать станете?

— С этим повременим, — ответил он. — Сначала ты должна выучиться тому, что подобает знать и уметь воспитанной девице.

— Хорошо. Я готова!

— Ишь, быстрая какая, — усмехнулся Арсеньев, потирая подбородок. — Прежде мне для тебя учителей найти надобно. Ты хоть читать-то умеешь?

— Умею, Егор Захарович! И считать могу, и писать горазда. Тятенька с малых лет заставлял, всё говорил: «Глаз ювелира без счёта, что кошель без золота».

— И то верно, — одобрительно хмыкнул полицейский. — Ладно, ступай пока. На первое время будешь помогать миссис Грей. Умение вести хозяйство тебе пригодится, а ей в большом доме лишние руки в радость. Слушайся её во всём, Дарья. Она — женщина строгая и требовательная.

— Хорошо, только в домашнее переоденусь, — воскликнула Дарёна и весь оставшийся день не отходила от экономки ни на шаг, желая быть хоть чем полезной в доме.

Миссис Грей принялась вводить подопечную в курс дела с истинно британской педантичностью, и девочке казалось, что у этой сухопарой женщины не кровь в жилах, а часовой механизм: всё в её жизни подчинялось строгому расписанию. Оказалось, что экономка в большом доме — это не просто «главная над кастрюлями», а настоящий полководец, Дарёна едва успевала всё запоминать.