Книга Рубеж, страница 35 – Александр Мазин, Анна Евгеньевна Гурова

— Но ты всё равно готов с ним разговаривать завтра, Харальд? – удивился Сивард.

— И завтра, и послезавтра… Хоть до новой луны, – ответил хёвдинг.

— Но почему?

Харальд посмотрел на Сиварда. Потом перевёл взгляд на Радима, который стоял рядом и, уткнув древко Вардигова знамени в сугроб, притоптывал ногами.

— Замёрз? – спросил он Радима.

— Есть немного.

С утра заметно похолодало. И солнце уже почти спряталось за лесом.

— Вот тебе и ответ, – сказал хёвдинг Сиварду. – Готов поспорить на полмарки, что собирались латгалы в спешке, а значит, припасов у них мало. У нас с тобой тёплые дома и вдоволь еды. Поэтому нам спешить некуда. А вот им стоило бы поторопиться. Но пока Лоймар у меня и Довгерд надеется его получить, на приступ он не пойдёт. Вот пусть и надеется подольше.

На этот раз князь Довгерд явился лично. Один. Остановился, правда, на безопасном расстоянии от ворот. В руке у него была зелёная сосновая ветка. Знак мира.

— Харальд-хёвдинг! – крикнул он. – Хочу говорить с тобой! Только с тобой! Выходи, если не боишься!

— Не ходи один, – тут же сказал Сивард. – Не верю ему!

Харальд глянул варягу в глаза, спросил, прищурясь:

— Кому не веришь? Ему… или, может, мне?

— Дело твоё, – буркнул Сивард. – Хочешь – иди.

И крикнул вниз:

— Откройте нурману ворота!

— Это долго, – бросил Харальд. – Засов примёрз. Я лучше попросту. Верёвку мне потом сбросите.

Перемахнул через частокол, плюхнувшись в сугроб, выбрался, отряхнулся и неторопливо зашагал к латгальскому князю.

— Я не дам тебе сейчас пятьдесят марок, – сразу перешёл к делу Довгерд. – У меня их нет.

— Я уже догадался, – кивнул нурманский хёвдинг. – Если это всё, что намерен сказать, то мы зря тратим время.

— Не зря, – качнул головой Довгерд. – Но если ты мне поможешь, я отдам тебе эту крепость.

— Ты щедр, – усмехнулся Харальд. – Даришь то, что тебе не принадлежит.

— Она всё равно будет моей, – сказал Довгерд. – Со мной почти полтысячи, а вас сколько?

— Твой сын может погибнуть, – напомнил Харальд.

— Потому мы с тобой и разговариваем, – ответил латгальский князь. – И он, и мои воины. Не хочу терять людей. Если ты мне поможешь, я сохраню и сына, и воинов. Бери эту крепость в уплату! Это очень хорошее место, вождь. Ты сможешь назвать себя ярлом^[22].

— Ярлом? – Харальд хмыкнул. – Ярл пары деревенек и маленького полуострова?

— Это река-дорога, – напомнил Довгерд. – Ты будешь брать мыто со всех проходящих, отделяя мне лишь третью часть.

— Всего лишь третью? – Харальд ухмыльнулся. – О, как ты щедр, даритель чужих крепостей.

— Десятую, – уменьшил долю Довгерд. – Если отдашь мне сына в целости.

Харальд ухмыльнулся ещё шире.

— А как долго продлится моё правление? Сюда придёт войско Вардига…

— К чему тебе бояться Вардига, если ты станешь моим человеком?

— Сто, – сказал Харальд.

— Что – сто? – не понял Довгерд.

— Чтобы удержать эту крепость, мне понадобится ещё сто хирдманов вдобавок к моим.

— Ты их получишь, – не раздумывая ответил Довгерд.

— И пятьдесят марок не позже, чем сойдёт лёд.

— И пятьдесят марок! – так же не раздумывая, подтвердил Довгерд. – Мы договорились?

— Я подумаю, – сказал Харальд.

— О чём тут думать? Это отличное предложение!

— Подумаю о том, какой клятвой ты должен поклясться, чтобы я тебе поверил, – уронил Харальд.