Книга Медь и мёд, страница 47 – Яна Лехчина

Лале усмехнулся.

— О да. Не лично, конечно. Я стараюсь держаться подальше от опасных молодых чародеек.

— А я, стало быть, безопасная?

— Если хоть половина слухов о панне Ляйде – правда, то да, госпожа Ольжана, я предпочту путешествовать с вами и вашим чудовищем. – Лале задумчиво смотрел на дорогу. – Она ведь могла бы оказаться на вашем месте. Сколько молодых людей обезумели от её чар?

— Ну, чары у неё иные. – Ольжана снова тряхнула браслетом. – Ляйда – сильная чародейка и играется с разумом куда тоньше и искуснее меня. Но я понимаю, о чём вы. Знаете, я всегда находила общий язык с девушками легче, чем с мужчинами. Я умею и люблю дружить с женщинами, но…

Она замялась, раздумывая, действительно ли ей так сильно хочется посплетничать. И решила: да, хочется.

— Но некоторые ученицы госпожи Кажимеры меня пугают.

— Вы про…

— Ляйду и Уршулу. – Ольжана поправила юбку и подтянула к себе колено. – Мне кажется, они не ладят ни друг с другом, ни с остальными чародейками Звенящего двора, будто соперничают со всеми за благоволение госпожи Кажимеры. Но мне нравится третья любимица госпожи, Амельфа. Вы видели её?.. Превращается в лебедицу. Красивая, нежная и вежливая.

Лале чуть нахмурился, вспоминая.

— Она… – Ольжана подыскивала слово, – зазноба господаря Нельги.

— Это вы так трогательно решили не говорить «любовница»? – Лале полуобернулся. – Можете не стараться.

— Слушайте, вы всё-таки монах. Откуда я знаю, как вы относитесь к внебрачным связям.

— Не краснею, если при мне их упоминают. – Лале осторожно потёр переносицу. – А у вашего бывшего мастера есть любимые ученики?

Ольжана хохотнула.

— Вам любопытна жизнь моего бывшего мастера, правда?

Лале глянул на неё растерянно. Его плечи напряглись.

— Он… живёт скрытно, и о нём знают меньше прочих чародеев Драга Ложи. Прошу прощения, если мои вопросы…

— Ой да успокойтесь. – Ольжана махнула рукой. – Сама вон сколько у вас выспрашивала. В любопытстве нет ничего плохого.

— Мне часто советуют не совать нос в чужие дела, так что…

— Ещё бы, если ваша жажда знаний сильнее, чем предубеждения перед колдунами. – Ольжана вздохнула. – Йовар ценит своих старших учеников. По-разному, но всех, кроме меня.

Она начала загибать пальцы.

— Самый старший и ответственный – Хранко. Пытается выслужиться не хуже Ляйды и Уршулы. Хочет быть первым человеком после Йовара, но это ему удаётся не всегда. Ещё есть Бойя. – Ольжана загнула безымянный палец. – Моя дорогая подруга, колдунья-сорока. Невеста Хранко. Йовар хоть и не жалует девок, но признаёт, что Бойя умная и способная. Чуть меньше он любит Якоба-вепря – олицетворение пословицы «сила есть, ума не надо». Якоб не так глуп, как хочет казаться, но дальновидности ему не хватает. А может, она ему и не нужна.

Ольжана покачала указательным пальцем.

— Чарна, оборотница-кошка, хотя я бы сказала – тёмная лошадка. Йовар её тоже уважает. Может, его ворчание насчёт девок – способ оправдать свою нелюбовь ко мне?.. Как бы там ни было, он верит, что Чарну ждёт блестящее колдовское будущее. Но все, кого я перечислила, – это лишь присказка, а сказка впереди.

Ольжана сомкнула ладони.

— Последний, но не по значению, – Юрген. Вы спрашивали: если я по кому и скучаю, то по нему и Бойе. Йовар в Юргене души не чает. Ко всем старшим относится как к дорогим ученикам, но к нему – как к сыну.