Книга Адмирал Империи – 59, страница 16 – Дмитрий Коровников

Полусфера превращалась в сферу. Полную, замкнутую и соответственно защищающую со всех сторон.

Все наши корабли оказались внутри этого кокона, достаточно большого, чтобы вмести всю нашу эскадру, включая суда-генераторы. Все мы теперь находились под защитой двадцати пяти крепостей, чьи перекрывающиеся поля образовывали для артиллерии противника непроницаемый барьер.

И когда фланговые группы Суровцева вышли на дистанцию атаки — они вдруг обнаружили, что бить-то некуда.

— Форты закрылись, господин вице-адмирал! — голос одного из капитанов в перехваченном эфире был полон разочарования. — Они в домике! Мы не сможем…

— Продолжать атаку! — это был Суровцев, и его голос срывался от ярости. — Бейте по любой точке! Пробивайте, черт возьми! Мне вас что учить⁈

Первые залпы обрушились на сферу — с трёх сторон одновременно, концентрированные потоки плазмы из десятков палубных орудий. Я наблюдал за показаниями защитных полей и видел, как они просаживаются — на процент, на два, на три…

И тут же восстанавливаются.

Энергия перетекала от форта к форту, от узла к узлу единой системы. Там, где плазма била сильнее, поля уплотнялись за счёт соседних секторов. Там, где давление ослабевало, избыточная мощность перенаправлялась на пострадавшие участки. Гуляй-город дышал, пульсировал, жил — и отбрасывал атаки, как живое существо отбрасывает укусы насекомых.

— Эффект минимальный, — весело улыбнувшись, доложил оператор. — Общая мощность защитного контура — девяносто четыре процента и восстанавливается.

Я кивнул. Так и должно было быть.

На карте корабли Валериана Суровцева безрезультатно метались вокруг нашей сферы, пытаясь найти брешь, слабое место, хоть какую-то возможность пробиться внутрь. Их орудия непрерывно плевали плазмой, их канониры выбивались из сил — но результат был нулевым.

— Александр Иванович, — голос Айка Пападакиса, и на этот раз в нём звучало что-то похожее на восхищение, — это… это невероятно. Бедолаги бьют со всех сторон, и ничего!

— Форты Константинова Вала строили не дураки, — ответил на это я. — Эти автономные бронированные крепости проектировались для защиты от целых флотов. Сейчас же с технологией перераспределения энергии атаки десятков вымпелов противника для них — комариные укусы.

Но была и проблема. Серьёзная проблема, которую я пока не озвучивал.

Закрывшись в сферу, мы стали практически неуязвимы. Это да. Но, во-первых, мы также стали ещё медленнее. Наша скорость упала до шести единиц — а значит, время до точки прыжка увеличилось.

И Суровцев это понимал.

— Они не отступают, — заметил Аристарх Петрович. — Продолжают обстрел.

— Он тянет время. — Я потёр переносицу, прогоняя усталость. — Надеется измотать нас, заставить допустить ошибку. Или просто не даёт нам ускориться.

— И что мы будем делать?

Хороший вопрос. Внутри сферы мы были в безопасности, но также были заперты. Не могли маневрировать, не могли ускориться, не могли ничего — только ползти вперёд под непрекращающимся градом плазмы и надеяться, что доберёмся до точки прыжка раньше, чем случится что-то непредвиденное.

А непредвиденное могло случиться. Рядом постоянно маячила эскадра Должинкова. Почти двадцать кораблей, которые до сих пор не вступили в бой. Если Суровцев прикажет им атаковать… Пока мы справлялись неплохо, отгоняя заградительным огнем мелкие группы кораблей противника, но если Валериан немного подключит голову и умудрится ударит по нам одномоментно, войдя в ближний бой, тогда… Я и сам пока не знал, выдержит ли гуляй-город такую атаку…