Книга Золото, перина и ночная чертовщина, страница 55 – Флор Веско

Но очутившись возле кровати, почувствовала себя чуть уверенней. Здесь с ней ничего не могло случиться. Она опустилась на пол, прислонилась щекой к горе матрасов и закрыла глаза. Сил не было.

Садима забылась в дреме. И в полусне услышала его голос. Возлюбленный шептал ей на ухо простые успокоительные слова. Всё повторял и повторял их тихо. Садима узнала голос Адриана.

* * *

Она проснулась с ломотой в теле, но отдохнувшая и уверенная в себе. Занимался день. Сбегать она не станет. Адриану нужна ее помощь.

Садима потянулась, сняла измятое охотничье платье, привела себя в порядок. Вдруг овладевшая ею уверенность дала трещину. В животе волной поднялась тревога. Она обернулась.

Накануне, еще не оправившись от потрясения, она неплотно закрыла за собой дверь. И вот теперь в спальню вошла кошка.

Садима осторожно приблизилась к ней. Она слишком ее опасалась, чтобы погнать тряпкой, как простого кота. Кошка подобралась и юркнула под кровать. Садима присела на корточки, но кошка уже была у двери. В зубах она что-то держала. Садима побежала следом, но впустую. Той и след простыл.

Ища кошку, она начала обходить коридоры. Этажом выше раздался шум. Садима поднялась и услышала, как разбилась ваза. Она поспешила на звук. Но никого не застала: только осколки. Тогда она поднялась на чердак, постучалась в комнату Адриана.

Открыл он не сразу.

— Доброе утро, Садима. Хорошо ли вы спали?

Адриан держался за косяк, будто боялся упасть. И говорил с трудом. Садима махнула рукой, отметая эту комедию. Нечего делать вид, будто ничего не случилось и все идет как нельзя лучше. Ответила она одной из своих присказок:

Плечи лорда Хендерсона поникли. Он съехал по стене, сел на пол и потер виски.

Садима перешагнула порог и закрыла дверь. Потом присела рядом.

— Раз язык к вам вернулся, самое время им воспользоваться, – сказала она.

На секунду к лорду возвратилась и его насмешливость.

— Прямо сейчас? Или через тридцать секунд? – спросил он лукаво.

Садима нахмурилась.

— Вы меня поняли. Вы расскажете мне правду, и не надо ходить вокруг да около.

Лорд Хендерсон взглянул на нее.

— Правда не так-то проста. Не уверен, что вы готовы ее услышать.

— Ваша мать в этих стенах, – ответила Садима.

Лорд Хендерсон опешил.

— Так вы знаете! Но откуда?

Садима пожала плечами.

— Она дала мне прочесть свой дневник.

Он посмотрел на нее не то удивленно, не то восхищенно.

— Но я знаю не все, – сказала Садима. – Почему ее заточили в подполье?

— Отец застал ее, когда она занималась колдовством. Самым опасным, с кровью. Он не хотел, чтобы родовое имя покрылось позором. Он все сохранил в тайне и сам совершил суд. Он замуровал ее в подполье. Между четырех узких стен, в низкой каморке, чтобы она не могла распрямиться во весь рост. Чтобы поневоле стояла на коленях. По-видимому, так обходились тогда с ведьмами. Чтобы силой вогнать им в плоть христианскую веру. Не думаю, чтобы он хотел убить ее. Полагаю, рассчитывал продержать ее там несколько дней, пока она не покорится.

Садима уселась рядом с Адрианом поудобнее.

— Но она не сдавалась, – продолжал он. – Смеялась в лицо отцу, когда он приходил к ней. А он, должно быть, считал ее одержимой. И понемногу стал сам сходить с ума. Настолько, что потерял счет дням и забыл ее в темнице. Когда это случилось, я был еще маленьким. Время от времени меня приводили повидаться с нею. Знаете, как это бывает в семьях… Ко всему привыкается. Я сжился с таким положением дел. Папа был наверху, мама внизу. В подвале.