Книга Маэстро, страница 93 – Наталья Венгерова

Став звездой лучших подмостков Италии, синьорина Стреппони периодически под предлогом поездок к матери убегала сюда. Запахи возвращали ее в детство. Сев у камина и закрыв глаза, она купалась в драгоценной тишине и воспоминаниях, дарующих чувство собственной безусловной ценности и защищенности от любых мыслимых бед.

Когда Джузеппина стояла в уютной каменной гостиной в ожидании покупателя дома, вернуть ее в волшебство детства не могли уже ни запахи, ни резная деревянная лестница, ни камин. Все они упрямо твердили лишь о маэстро. Угли в очаге напоминали о нежности его пальцев в ее волосах. Посуда на кухне звенела его смехом, пролившимся когда-то над чашкой с вонючей лекарственной жижей. У входной двери настойчиво проявлялся образ Джузеппе с дорожным саквояжем в руках.

— Как ни странно, мне совершенно не к чему придраться, – сиплым булькающим голосом пробормотал престарелый клерк, который сидя за столом проверял договор купли-продажи, – Все оформлено согласно букве закона. Можете смело подписывать, синьорина.

Джузеппина подошла к столу и послушно поставила подписи в местах, куда услужливо указал клерк. Он встал, заботливо сложил документы в папку и сунул в карман лежавшие рядом с бумагами ключи от дома. Едкий привкус утраты поднялся горечью к горлу Джузеппины.

— Соблаговолите подождать у кареты. Мне нужно еще несколько минут, – тихо попросила она.

Клерк учтиво поклонился и вышел. Джузеппина сделала глубокий вдох, пытаясь вновь хоть на секунду вернуться в магию детства, услышать голос отца, представить себе его лицо. Ничего не получалось. Раньше каждый уголок здесь, казалось, был живым, теперь ее окружали лишь мертвые каменные стены.

Она медленно поднялась по лестнице и зашла в спальню. Волнение легким ознобом спустилось от плечей к животу. Медленно она сделала несколько шагов, села на кровать, прикоснулась к подушке и моментально оказалась в объятьях видения своего первого утра рядом с Джузеппе. Желание, влюбленность, страдание и боль потоком лавы ворвались в ее грудь. В этот момент она окончательно поняла, что продажа дома – правильное решение.

Джузеппина будет безжалостно истреблять, как сорняки в саду, все напоминания о прошлой жизни. Особенно те, что грозились вернуть ее к прежним ошибкам. В том, что попытки связать свою судьбу с гениальным, отдающим всего себя без остатка музыке маэстро, были немногим умней романа с женатым, властным импресарио, Джузеппина уже не сомневалась. С нее хватит мужских амбиций и театральных страстей. Хватит игр тщеславия и громких целей. Ей пора начинать жить свою, не принадлежащую никому и ничему другому, кроме нее самой, жизнь.

Время шло. В саду дома Стреппони трепетная весенняя зелень сменилась пышным летним буйством, потом наполнилась желто-огненными красками осени, опала на землю и исчезла под тяжелыми хлопьями снега. Каждый день в загородной тишине и покое был полон предвкушения перемен и планов на будущее.

* * *

9-го марта 1844 года, почти через девять месяцев после отъезда маэстро из Пармы, в венецианском театре Ла Фениче с успехом прошла премьера новой оперы Джузеппе Верди «Эрнани».

Компенсировав опоздание готовностью без остатка отдаться делу, маэстро закончил работу над оперой в срок. Правда, со всеми прилагающимися к чрезмерной спешке огрехами и накладками. Рассказывали, что костюмы главных героев дошивали в ночь перед премьерой, а декорации были полностью готовы лишь в день представления.