Книга Кровавый пир, страница 132 – Го Цзинмин

Бушующий снегопад завывал за порогом пещеры целую ночь и, похоже, не думал останавливаться.

Снаружи, свернувшись клубком, на ледяном ветру дрожал летающий дракон, на спине которого висело седло из черного железа.

Внутри горел слабый костер.

Всадницу дракона больше не скрывала вуаль, под ней находилось лицо женщины со шрамом. Она повернула голову и бросила взгляд на тихо лежащий рядом с костром металлический тубус.

Она закатала рукав – сиявший на ее предплечье след погас. Женщина знала, что это был сигнал: жизнь Тэрэи угасла.

– Этот надрез связан с моей жизнью. Он будет светиться, мерцая золотистым светом духовной силы до тех пор, пока я жива. Если сияние погаснет, значит, и моя жизнь подошла к концу.

Всадница смотрела на свистящую метель за порогом, тихонько поглаживая тусклый шрам на руке, неуверенная, чего именно ждет.

Западная империя Асланд, Белая Преисподняя

Пещера резко расширилась, впереди неожиданно возникло огромное пространство. Инь Чэнь взмахнул руками, заставив нагрудник рвануться вперед, затем его зрачки сузились, и орудие мгновенно вспыхнуло светом, осветив все темное пространство. В серебристо-белом сиянии нагрудника князь увидел, как в середине просторной пещеры вдруг возникла хорошо знакомая ему фигура, обе ее руки были приколочены к каменной колонне. Голова человека была свешена, лица не видно – казалось, он был погружен в вечный сон. Вот только Инь Чэню вовсе не требовалось видеть его лицо, чтобы понять: этим человеком являлся Гильгамеш, тот, кого он разыскивал целых четыре года. Нижнюю половину его тела, напоминая сплетенный из паутины кокон, обвивали бесчисленные белые нити, тогда как верхняя была обнажена. По ней тянулись нити травинок, каждая из которых острыми корнями пронзала тело. Они высасывали кровь, отчего изначально белые нити внизу имели неправильный багряный окрас… К глазам Инь Чэня тут же подступили слезы, из горла готов был вырваться крик, когда вдруг лодыжки пронзила колющая боль. Его тело тяжело рухнуло со стены вниз.

Мгновенно вся пещера огласилась пронзительным визгом, похожим на вопли тысяч одновременно сгорающих в пламени насекомых, перед глазами все заполнили бешено извивающиеся, точно белые призраки, нити травы. Инь Чэнь упал на землю, где его тело принялись опутывать неисчислимые белые травинки, холодные и острые шипы вонзались в плоть, а затем неистово разрастались внутрь.

Однако на его лице не было ни намека на боль, в глазах светилом горела неизменная решимость. Он знал, что в эти самые мгновения духовная сила внутри его тела яростно пожиралась, – и тем не менее, полагаясь на силу человеческой плоти, продолжал шаг за шагом ползти в сторону Гильгамеша. Белые нити усилили хватку, мешая двигаться вперед. Каждая травинка принялась истерично визжать, вмиг они сделались крепче, колючее, сильнее… лишь бы помешать ему приблизиться к князю.

Каждый новый шаг разрывал тело Инь Чэня пронизывающей болью, его правая рука крепко сжимала шар, и бесчисленные белые нити пытались вонзиться в нее, поглотить Золотой источник в его ладони, но князь не ослаблял хватку. Похожие на зазубренные пилы травинки вгрызались в кисть, тыльная сторона давно превратилась в кашу из плоти и крови, и скоро от правой руки Инь Чэня остались лишь мрачные белые кости. Однако кулак оставался крепко сжатым, мужчина со всей ясностью осознавал, что духовной силы в его теле не осталось ни капли, а значит, он не мог использовать Обездвиживающий шип, чтобы покинуть это место.