Книга Книжный остров мистера Фикри, страница 56 – Габриэль Зевин

Амелия внимательнее присматривается к женщине. Ее длинные каштановые волосы филигранно подстрижены и выпрямлены, а сумка, вероятно, стоит дороже, чем машина Амелии. Амелия протягивает руку:

— Амелия Ломан.

— Леонора Феррис.

— Леонора. Как Леон, — раздается тонкий голосок Майи. Девочка выпила молочный коктейль и пришла в себя. — Я Майя Фикри.

— Вы местная? — спрашивает у Леоноры Амелия.

— Нет, я не живу на острове. Приехала на чтения.

Леонора встает. Амелия складывает ее стул и убирает его к стене.

— Должно быть, вы тоже очень любите эту книгу, — замечает Амелия. — Как человек, у которого здесь живет парень, я не понаслышке знаю, что добираться сюда непросто.

— Да, непросто, — соглашается Леонора, вешая сумку на локоть.

Внезапно Амелию осеняет. Она поворачивается к Леоноре и говорит:

— Никто не путешествует без цели. Тот, кто заблудился, хочет блуждать.

— Вы цитируете «Увядший цвет», — произносит Леонора после долгой паузы. — Это и впрямь ваша любимая книга.

— Да, — говорит Амелия. — «В молодости я не чувствовал себя молодым». Как-то так. Не помните окончания цитаты?

— Нет, — отвечает Леонора.

— Писатели не помнят всего, что пишут, — продолжает Амелия. — Разве все упомнишь?

— Приятно было с вами познакомиться.

Леонора поворачивается к выходу. Амелия кладет ей руку на плечо.

— Это вы, верно? — спрашивает Амелия. — Вы Леон Фридман.

Леонора качает головой.

— Не совсем.

— Что это значит?

— Давным-давно одна девушка написала роман и попыталась его продать, но покупателей не нашлось. Роман был о старике, который потерял жену; в нем не было ни сверхъестественных существ, ни высокой идеи, и поэтому девушка решила, что легче переименовать книгу и сказать, что это мемуары.

— Но… но… так нельзя.

— Можно. История выдуманная, но чувства настоящие.

— Кто же сегодня раздавал автографы?

— Я нашла его через контору по найму актеров. Он обычно играет Санту.

Амелия качает головой.

— Не понимаю. Зачем приезжать на чтения? К чему эти хлопоты и затраты? Этот риск?

— Книга все равно провалилась. А писателю иногда хочется убедиться… увидеть своими глазами, что его труд кому-то нужен.

Амелия смотрит на Леонору.

— Я чувствую себя немного одураченной, — говорит она наконец. — Знаете, а вы хорошо пишете.

— Знаю, — говорит Леонора.

Когда Леонора Феррис исчезает за поворотом, Амелия возвращается в магазин.

— Очень странный сегодня день, — говорит ей Майя.

— Согласна.

— Что это была за женщина, Эми? — спрашивает Майя.

— Долго рассказывать, — говорит Амелия.

Майя корчит гримасу.

— Она дальняя родственница мистера Фридмана, — говорит Амелия.

Уложив Майю спать, она остается наедине с бокалом вина и вопросом, рассказывать Эй Джею о Леоноре Феррис или нет. Что, если эта новость отобьет ему охоту проводить авторские встречи? Кроме того, Амелия боится выставить себя в глупом свете и подорвать свою профессиональную репутацию: получается, что она продала Эй Джею фальшивку. А может, Леонора Феррис права? Может, не так уж важно, правда написана в книге или не совсем правда? Амелии вспоминаются лекции по теории литературы, которые она слушала на втором курсе. «Что правдиво? — спрашивал преподаватель. — Мемуары? Но ведь они всего лишь интерпретации». Амелия вечно засыпала на этом семинаре, что выглядело некрасиво, потому что на него ходило всего девять человек. Однако память о нем сохранилась до сих пор.