Книга Фатальное прикосновение, страница 51 – Виктория Балашова

— О, вы повидали бы с мое… Такие на вид невинные люди порой совершают ужасные вещи. Впрочем, я вас перебил. Кого вы имеете в виду?

— Сиверс и Свешников ухаживали за княгиней еще в девичестве, в Тифлисе. Но это было так давно! Свешников не женат, но Сиверс уж дважды. Первая жена умерла родами. Ужасно! И мать, и младенец не выжили. Ну про Генриетту вы знаете. Они познакомились во время печально известного спиритического сеанса, когда Генриетту пытались убить. По-моему, Ефим Карлович тогда влюбился с первого взгляда. Свешникова, несмотря на холостой статус, я бы тоже не подозревала.

— Почему? — с интересом спросил Курекин.

— Видите ли, у него больно пылкая натура. Вот посмотрите, человеку надобно было всё тщательно продумать, подловить момент, когда подсыпать яду в бокал, как подсунуть его Вере. Далее сохранять присутствие духа. Скорее такой бы человек много не пил, чтобы не выдать себя. На Никифора Ивановича больше похоже вызвать в запале на дуэль мужа. Даму убить? Если вспоминать вашего Шекспира… — При этой фразе Курекин скривился: Шекспир был вовсе не его, а хламида раздражала всё сильнее. — то в пьесах у него убивают в порыве страсти, зарезав кинжалом или задушив.

— Ядом тоже травят, — добавил следователь, которому пришлось ознакомиться с одним из произведений великого англичанина.

— Травят, куда деваться. Я имею в виду в порыве страсти. Не продуманно, а под влиянием сильных чувств. Отравление ядом требует тщательной подготовки, согласитесь… Да, ну и третий кавалер княгини. Это Карл де Шоссюр.

Опять всплыл монегаск. В памяти Курекина нарисовался его облик: тридцатипятилетний мужчина низкого роста. Резок в движениях, довольно молчалив. Но если говорит, то отрывистыми фразами. Вечно хмурый, редко улыбается. Кожа загорелая, что неудивительно — живет на юге Франции. Темноволосый, кареглазый. Одет довольно вычурно; на пальцах перстни с драгоценными камнями. Бабушка, по его словам, русская. Состояние промотал, но чудом выиграл в казино крупную сумму, на которую теперь и живет. В России хочет вложить деньги в прибыльное предприятие. Пожалуй, всё.

— Его вы тоже не представляете в роли отравителя? — спросил Курекин, который только на герцога и грешил, хотя понимал, что это даже не догадки, а чистой воды беспочвенная неприязнь.

— У него единственного нужный склад характера, — подтвердила мысли следователя Ольга Михайловна, обладавшая цепким взглядом, характерным для журналистки. — Однако тоже не думаю, что он способен на убийство. Да, он летом ухаживал за Верой во Франции. Говорят, князь по каким-то причинам смотрел на это сквозь пальцы. Вроде, имел деловые намерения и старался с герцогом не ссориться. В любом случае, Вера не способна на измену. Пожалуй, там случился лёгкий флирт, не более. К тому же, де Шоссюр чуть ни единственный, кто в племяннике Килиани не узнал княгиню. Мне кажется, он искренне был возмущен, когда всплыла правда. Если вам интересно мое мнение, Пётр Васильевич, то искать надобно среди врагов «Хранителей истины». Отравление княгини легко встает в ряд уже совершенных убийств.

Только следователь хотел согласиться с мнением Ольги Михайловны и продолжить разговор в этом направлении, как дверь из столовой распахнулась.

— Очередное отравление, ваше благородие! — крикнул Фёдор.