Книга Оружие Вёльвы, страница 126 – Елизавета Дворецкая

Только одна принесла некое успокоение, и как раз эта мысль была в ее новом положении совершенно неуместна. Ведь этот страшный случай приведет сюда не только старика конунга, но и еще одного человека, встреча с которым, может быть, окажется приятной…

* * *

Когда юный Идмунд сын Гардара снова примчался верхом в Уппсалу, конунга в гриде он не застал.

— Конунг хворает, ты разве не слышал? – с неудовольствием ответил ему Рэвкель, управитель. – Он у себя в спальном чулане и ни с кем не может видеться.

— Но у меня важнейшее известие! – взмолился Идмунд. – Важнейшее поручение от его молочной сестры, госпожи Трудхильд!

То, что конунг окажется хвор, он ожидал, и мать велела ему во что бы то ни стало добиться свидания. Идмунд знал – если он не пробьется к конунгу, того очень быстро постигнет участь Трудхильд.

— Мое известие поможет конунгу обрести здоровье! – дрожащим голосом, но с твердой волей добавил Идмунд. – Если ты меня не пропустишь, можешь считать себя его убийцей! И тогда уже на днях здесь станет хозяином Медвежий Эйрик, а это ни вам, ни нам ничего хорошего не принесет!

— Ишь ты как заговорил! – Рэвкель, здоровенный рыжий мужик с мясистым лицом и округлой бородой, упер руки в бока. Он был тем более недоволен, что сам боялся смерти Бьёрна и появления здесь Эйрика. – Да чем ему поможет ваша бабья болтовня! Если ты не хочешь видеть здесь Эйрика, то лучше ступай к месту сбора дружин, ты для этого уже достаточно взрослый!

— Я дам тебе вот это, – Идмунд вынул припасенное для этого случая серебряное кольцо из простого куска проволоки, – если ты проведешь меня к конунгу или хотя бы к Хольти Ловкачу.

— Ну, к Хольти могу провести, – буркнул Рэвкель, взял кольцо и разогнул концы, чтобы натянуть на свой толстый палец. – Так и быть. Ступай за мной. Все равно этому бездельнику делать нечего…

Проведя юного гостя в дом, у двери спального чулана Рэвкель сразу утратил свою самоуверенность и даже согнулся, когда осторожно скребся в дверь. Дверь тут же при открылась, в небольшую щель выглянул хмурый Хольти.

— Чего те… – начал было он, но тут увидел Идмунда и осекся.

Из-за спины управителя тот быстро закивал ему, сведя светлые брови. Идмунд, родной младший брат Ингвёр, был сильно на нее похож, с таким же округлым веснушчатым лицом и светлыми волосами, и при виде него озабоченность на лице Хольти немного смягчилась.

— Что случилось? – спросил он у юноши.

— Я должен поговорить с конунгом наедине, – зашептал тот. – Ну, без чужих ушей, тебе можно.

Хольти вышел и закрыл за собой дверь.

— Рэвкель, благодарю тебя, что проводил этого парня, но у тебя же много дел, дальше я сам с ним разберусь, – сказал он управителю.

Голос его выражал самую искреннюю, дружескую благодарность, но глаза оставались жестки и холодны. Никто не мог упрекнуть конунгова раба в непочтительности, но в дружелюбие его никто не верил, и эта неискренняя вежливость только добавляла ему недоброжелателей. Он, видно, нас за дураков считает, говорили в усадьбе.

Рэвкиль ушел, презрительно кривясь. Хольти огляделся, убедился, что совсем рядом никого нет, и придвинулся к Идмунду вплотную.

— Ну?

— Я должен сказать конунгу… – зашептал тот. – Мне велела мать…

— Говори мне. Если это то, что я думаю, то конунг может концы отдать от твоей вести. Она умерла?