Книга Влад, страница 85 – Дея Нира

Елена еще не знала, что смерть уже пробралась в дом и начертала на его дверях особый знак.

Над деревенским кладбищем висела тишина, но было в ней что-то напряженное, предвещающее смятение, не ощущалось умиротворения и смирения перед вечным покоем, которые царят в таких местах. В лениво плывущем тумане виделся коварный обман. Туман принимал странные формы, которые легко можно было принять за человеческие фигуры. Но что делать людям, запирающим свои жилища после наступления темноты, озаряющим себя крестным знамением, здесь – в обители безысходности и мрака?

Туман полз дальше, окутывая земляные холмы и кресты – кроме тех, которые стояли выше прочих. В нем легко можно было спрятаться ребенку или, скажем, тому, кто способен передвигаться на четвереньках.

Земля дрогнула, покачнулся один из могильных крестов. Взметнулся земляной столб, рассыпаясь по соседним могилам. Раздался звук сильного удара или толчка, что-то затряслось, зашипело в тумане. Могильный холм развалился на части, вздыбился, будто изнутри лез крот, разыскивая выход наружу.

Где-то вдали тоскливо взвыли волки: один, второй, а затем вся стая. Луна пряталась за облаками, и казалось, что волки в отчаянии зовут ее, упрашивая покинуть свой одинокий чертог и осветить темную землю.

В кладбищенской тиши слышались мерные звуки. Сначала они были еле различимыми, затем становились все громче и отчетливее. Что-то скребло острыми когтями по дереву, будто кот точил когти. Вслед за протяжным скрежетанием среди неподвижных крестов сдвинулась одна тень. Она продвигалась в тумане, все еще прячась в нем. На каменную плиту вспрыгнуло горбатое существо. Оно шумно и сипло дышало, хотя внутри этого существа не было жизни. Оно пришло, чтобы забрать чужую, и сейчас испытывало сильный голод.

Белые ноздри, которых уже коснулся тлен, затрепетали, ожесточенно нюхая воздух, но на пустынном кладбище не было ничего, что могло бы утолить этот дикий голод.

Тень изогнулась и по-кошачьи прыгнула в туман, легко преодолевая препятствия в виде холмов. Существо чуяло, что там, внизу, спят другие, ожидая мига пробуждения.

Тень ловко неслась через лесную чащу, объятая предвкушением.

Туда, где в чужих венах текла сладкая, пьянящая кровь.

Чудовища отовсюду выходили на охоту…

Жители домов на краю деревни погрузились в глубокий сон. На это надеялась девушка, ожидавшая с нетерпением, когда все уснут, и теперь она бежала по ночному саду, превозмогая сильное волнение. У нее немного подкашивались ноги, а сердце грозило выпрыгнуть из груди. Слишком желанным было то, что скрывал старый сад, а его темнота прятала саму девушку, как она и надеялась.

Хоть господин Моэску и ввел строгие ограничения, а деревню наводнили солдаты, но многие из них были молодыми крепкими мужчинами, у которых загорались глаза при виде пышнотелых крестьянок. Вот постоит полк в деревне – и поминай как звали. А девушке хотелось, чтобы избранник увез ее с собой – румяный, сильный, с хорошим жалованьем. Если, конечно, придет ее сватать. Но как же не придет? Как иначе? Не просто так он страстно целовал ее каждой ночью, несмотря на запрет, несмотря на глубинный страх перед мертвецами. Опьяненная собственными мыслями, девушка была уверена, что с ней ничего не случится. Ведь от дома до конца сада – всего ничего!