Онлайн книга «Влад»
|
Елена содрогается в конвульсиях. Тело не подчиняется ей. Сквозь страшную боль в сознание врывается неясная мысль о знакомом голосе, но все гаснет, тонет в непроглядной черноте. Ее ослепили и похоронили заживо. Сейчас она задохнется. Когда Елена снова открыла глаза, было раннее утро, а у постели в кресле сидела тетя София, уронив голову на грудь, и тихонько дремала. На прикроватном столике догорала масляная лампа. Жуткие и мучительные картины потоком обрушились на Елену, и она вся сжалась, перебирая в памяти случившееся. Она бы подумала, что это был лишь ночной кошмар, но перенесенные муки казались слишком реальными. Подобного она прежде не испытывала ни в одном сновидении. Так что же это было? Елена припомнила беззаботный вечер накануне, улыбки и смех, деревянную шкатулку и черную маску… Пряный, приятный запах выделанной кожи, сменившийся смрадом горелой плоти… Ее передернуло, и к горлу подкатила мерзкая тошнота. Елена отбросила одеяло и на слабых ногах приблизилась к зеркалу, разглядывая бледное уставшее лицо. Как же она не была похожа на счастливую невесту. — Я была там, – прошептала она своему отражению. – Я все видела. Он так кричал… Елена вздрогнула: часть боли, которую испытывал тот несчастный, передалась и ей, но если это была только часть, то как жутко и непостижимо страдал он, перенося такие муки? И кто этот юноша? Она нахмурилась, напрягая память. — Я ведь где-то подобное уже видела или знала об этом, – сказала она самой себе. Но где? Откуда взялись эти чувства – страх заточения и безысходность? Ярко вспыхнул образ старой часовни, вспомнились долгое падение вниз и деревянный гроб, в который ее заточили, обрекая на медленную смерть… Снова закружилась голова, и Елена оперлась о дамский столик, чтобы не упасть, и случайно задела фарфоровую статуэтку. Звон разлетевшихся осколков разбудил тетю Софию. — Елена, дитя мое! – В отражении мелькнула дородная женская фигура. Взгляд тети был обеспокоенным. Елену, невзирая на испытываемое опустошение, потряс ее вид – уставший, изможденный, будто она разом постарела на несколько лет. Ее руки легли на плечи Елены, успокаивая. Девушка всхлипнула и обняла тетю Софию. — Ну вот, пришла в себя! – Тетин голос умиротворял. От нее так знакомо пахло пудрой и лавандой. – Как же ты нас напугала, девочка. — Что стряслось? Женщина горестно вздохнула. — Ты так кричала вчера! У тебя снова случился приступ. Но на этот раз он был не похож на те, что мучили тебя прежде. Ох, как мне жаль… Если бы я знала, что приступ можно спровоцировать этой глупой затеей… Елена вскинула заплаканное лицо: тетя смотрела на нее с непередаваемым сожалением. — Приступ? – непонимающе переспросила она. – Нет, это было что-то другое… Я видела… Тетя покачала головой. — Все видели, моя дорогая. Ты надела маску, и сперва все было хорошо. Ты глядела на шар, улыбалась, ничто не предвещало того кошмара, который случился так внезапно. Ты заговорила о темноте, о подземелье… каких-то пытках… И вот началось. Твой голос звучал на разные лады. Я никогда от тебя не слышала подобного. Кристина даже пошутила, что у тебя редкий актерский талант… Но потом послышались иные голоса. Они звучали страшно. Мне не передать, на что это было похоже. Человек не издает таких звуков. Мне, по крайней мере, не доводилось слышать хоть что-то похожее хотя бы отдаленно. Тебя всю трясло. Первые мгновения мы все сидели, замерев. Никто не ожидал этого. Мы с Милицей просили тебя остановиться, но ты не слушала. Петру взял тебя за руку, чтобы успокоить, и – не поверишь – ты так сильно сжала его ладонь, что она хрустнула! Ты сломала ему руку… |