Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 130 – Анне Якобс

— Если Додо спит со своей мамой, то я хочу сегодня спать с Лео! – воскликнула Хенни.

— Ни за что! – возмущенно возразил Лео.

— Можно мне еще одну порцию картофельного салата? Он очень вкусный, фрау Гертруда.

— Но господин фон Клиппштайн, вы ставите меня в неловкое положение. Это обычный картофельный салат. Вы отвариваете картофель, режете лук, соленые огурцы, добавляете немного уксуса и масла…

— Так подробно Клиппи не хочет знать, Гертруда.

— Почему бы и нет? Ни одному мужчине не повредит немного знать о приготовлении пищи. Даже крестоносцы варили себе похлебку.

— Я думаю, что Мари хотела бы сейчас поспать, фрау Бройер.

— Ты права, Ханна. Ты умная девочка. Что бы мы без тебя делали? Дорогие! Пикник окончен. Каждый берет что-нибудь с собой на кухню. И дети тоже. Тише, Мари хочет спать… Боже, кажется, она уже спит. Хенни, большая кастрюля для тебя слишком тяжела. Лео, ты роняешь крошки на ковер. Клиппи, пожалуйста, отнеси цветы вниз.

Позже Мари не могла вспомнить, как они все покинули маленькую спальню с посудой, столовыми приборами и стульями. Она словно провалилась в глубокий прохладный колодец, и там, внизу, Морфей заключил ее в свои объятия. Только обволакивающая темнота и блаженная тишина. Никаких снов. Никаких образов. Врата памяти снова закрылись.

На следующее утро она проснулась под звуки пения птиц, чувствуя себя полной сил. Тихо встала, пошла в ванную, умылась холодной водой, расчесала короткие волосы и надела халат Китти.

— Жизнь вернулась ко мне, – промолвила она, улыбаясь, когда спустилась к Гертруде на кухню.

— Как раз вовремя. – Гертруда налила ей кружку горячего кофе. – Твой муж приедет сегодня утром.

Мари почувствовала, как слегка участилось сердцебиение, но не обратила на это внимания.

— Это хорошо. – Она медленно отпила кофе. – Мы наконец-то все обсудим. И помиримся.

Гертруда ничего не сказала. За окном пел свою утреннюю песню черный дрозд. Через несколько минут появилась Ханна, одарила Мари счастливой улыбкой и сказала, что сейчас разбудит детей в школу. Вскоре дом наполнился звонкими голосами. Хенни и Додо ворвались в ванную и устроили небольшой потоп, а Лео, любителя поспать, Ханне пришлось будить три раза, пока он наконец не вылез из кровати.

Ранний завтрак на скорую руку за кухонным столом, пустые разговоры и жизнерадостный смех. Ханна готовила бутерброды, Гертруда упаковывала их и складывала в пакетики для хлеба. Хенни бросилась наверх, потому что забыла тетрадь, Додо опрокинула чашку с молоком, Лео уже снова стоял у фортепиано.

— Мне всю ночь снилась эта музыка, Гертруда. Я должен ее попробовать.

— Тихо! – рассердилась Хенни. – Мама еще спит!

На прощание все трое бросились Мари на шею, липкие пальцы в меду гладили ее щеку.

— Теперь, когда ты здорова, мама, здесь очень хорошо. Если папа с бабушкой переедут сюда, то госпожа фон Доберн пусть остается одна на вилле!

Ханне нужно была проводить сорванцов в разные школы, и они все вместе вышли на улицу. В одно мгновение в доме снова стало тихо, Гертруда убрала посуду, а Мари поднялась наверх, чтобы одеться. Ханна, добрая душа, постирала и погладила ее одежду. Мари вздохнула. Нет, у девочки не было будущего швеи, она была слишком неуклюжей. Здесь, на Фрауенторштрассе, она выглядела вполне довольной. Ханна помогала на кухне, убирала в комнатах, с любовью ухаживала за детьми и, не жалея сил, заботилась о ней. Она была доброй душой дома. Какое несчастье, что тогда она связалась с тем русским и сделала аборт. После этого ужасного события она с опаской избегала всех мужчин, которые приближались к ней. А могла бы стать счастливой женой и матерью.