Книга Изгнание, страница 86 – Елена Бауэр

— Умоляю, только не пойте теперь Марсельезу, – иронично взмолилась графиня де Талейран-Перигор, с видом «ох уж эта молодежь», как бы извиняясь перед Великим Князем и его супругой за неприятный, неуместный за столом разговор и придавая спору шутливый тон. – Давайте отложим обсуждение дел государственных. Споры о политике и религии плохо сказываются на пищеварении.

Сама того не подозревая, она попала в точку. У Павла уже какое-то время побаливал желудок.

— В тот день, когда мой отец мог даровать русскому народу конституцию, он был взорван террористами… – после финальной реплики Павла юнцы, готовые было доказывать свою правду до утренней зари, угомонились. Может быть, им вспомнились предки, многие из которых кончили на эшафоте во время революции.

— Ваше Императорское Высочество, вы планируете быть на свадьбе великого герцога Гессенского? Надеюсь, эта женитьба наконец сделает его счастливым! Он так настрадался, бедняжка! – графиня де Талейран-Перигор решительно сменила тему. Общество переключилось на обсуждение несчастной доли Эрни и его скорого бракосочетания.

На следующий день в The American Register появилась разгромная заметка, подвергающая сомнению вкус хозяйки вечера, принимающей русского Великого Князя, тогда как в Санкт-Петербурге правительственные войска стреляют в народ и рубят его шашками.

— Полюбуйся на эту пакость! – вернувшись от шляпного мастера, Ольга принесла Павлу газету. – Скоро будут писать, что мы с тобой собственноручно пытаем рабочих в этом самом доме. Как все это противно, как все извращается! Откуда у американцев столько ненависти к нам?

— Какие бы причины они ни придумывали для общего пользования, полагаю, главная их цель – разрушить столп, на котором зиждется старый мир. Капиталу не захватить всю власть, пока жива Российская империя, – супруг пребывал в философском настроении. – По некоторым сведениям беспорядки у нас оплачиваются американскими деньгами, через японцев или напрямую – неважно, и даже ежели это не так, без сомнения, они будут приветствовать любые потрясения, которые приведут к проигрышу России в войне, краху власти и принятию конституции. Абсолютный Монарх выше силы денег. Он их заклятый враг, охраняющий старый порядок. Раз они не могут купить себе родословные, значит, должны подмять или растоптать владетельные дома, сделав себя новой элитой.

— Ты прав! В конце статьи они себя выдали, – графиня взяла газету и процитировала. – «Qui genus jactat suum aliena laudat». – «Тот, кто хвастается своим происхождением, хвастается тем, чем он обязан другим». Я сначала не сообразила, к чему этот пассаж Сенеки в конце статьи. Позавидовали лаврам «Персидских писем» Монтескьё? Не слишком вяжется с общим смыслом заметки, но теперь все встало на свои места. Какие у них шансы? Дом Романовых уже существовал больше века, когда эта страна только собралась из европейских колоний.

Ольга считала себя частью императорской фамилии и готова была поставить на место любого, кто осмелился бы покуситься на светлое имя и великую историю ее теперешней семьи, пусть даже та ее еще не приняла.

— Не стоит недооценивать врага. В том лагере не только американский капитал. Боюсь, Россию ждут тяжелые времена.

I

Ветер принес в Париж черные тучи. Павел, который и без того был уныл, от дурной погоды совсем впал в апатию и анабиоз. В тот день он ушел отдыхать после обеда, уступив сморившей его слабости.