Книга Изгнание, страница 148 – Елена Бауэр

Ольга встала, подошла к мужу и обняла его.

— Теперь это наш дом! Я обожаю Париж и с удовольствием буду туда наезжать, но жить, мой дорогой, мы будем здесь. И можешь мне поверить, в один прекрасный день я стану княгиней!

Павел не сомневался. Эта женщина привыкла добиваться всего, чего пожелает! Именно ее дерзкую смелость, жизнелюбие, умение не сдаваться, не терять надежду, не опускать руки в самые сложные моменты он ценил больше ее милого лица и глаз цвета горячего шоколада.

— Я уверена, этот дом принесет нам огромное счастье!

— Да будет так!

Великий Князь стоял у окна и задумчиво смотрел в фиалковую ночь. Он вспомнил, как раньше, до женитьбы, он часто ждал Ольгу или гонца от нее. Теперь жена и дети были рядом, но отчего-то горло перекрыл горький комок, и на глаза наворачивались слезы.

Без малого десять лет в изгнании. Его Императорское Высочество так и не понял, почему брат и племянник были к нему так строги. Они словно говорили на разных языках. Павел низводил свою историю до банального, бытового уровня, а Сергей и Николай II мыслили категориями государственными, интересами монархии и Отечества. В недавних браках семейства, которые заключались без согласия Государя, Великий Князь видел естественное развитие событий, влияние современного мира и подтверждение собственной позиции, не понимая, что многим нарушителям порядка именно он подал пример.

Теперь, вернувшись в Россию, Павлу хотелось бы забыть о всех дрязгах, но пока он не добился для жены княжеский титул, он не мог успокоиться. Да и огромный ворох нажитых обид никак не давал вздохнуть легко и свободно.

Каждый день в Париже Великий Князь мечтал вновь оказаться в Царском Селе, с которым было связано множество счастливых минут, но теперь оно было другим, опустевшим без братьев. Всем известно, что ход времени невозможно повернуть вспять, но каждому из нас, хотя бы раз в жизни, хотелось оказаться в прошлом.

К удивлению Великого Князя, Государю и Столыпину удалось обуздать толпу, навести порядок и поставить страну на рельсы стремительного развития, но, несмотря на все многообещающие изменения, для Павла Россия была уже не та. Его часто охватывала необъяснимая тревога, он будто чувствовал, что его семья скоро окажется в эпицентре чудовищного урагана, который сметет все вокруг и унесет жизни многих дорогих ему людей.