Книга Изгнание, страница 108 – Елена Бауэр

В марте из Франции приехал адъютант отца. Он довольно подробно рассказывал о жизни Павла в Париже, что он купил у Юсуповых дом в Булонь-сюр-Сен, две машины, обстановку. Новую семью отца визитер деликатно не упоминал.

— Скоро ли он приедет? – не выдержала Мария.

Адъютант только пожал плечами.

— Я думал, что после позволения, данного Государем, папá будет чаще приезжать, а он был здесь всего-то два раза. Это, наверно, она его держит. Черт бы её побрал, скотину эдакую, – возмущался Дмитрий в разговоре с сестрой перед тем, как отправиться спать.

— Неужели нельзя вырваться хотя бы на несколько дней? Она же не в цепи его заковала…

— Между прочим, забыл тебе сказать, когда еще до моей инфлюэнции мы были в городе у Уоллисона, пока тебе ковыряли зубы, мы поехали на выставку…

— Я помню, ты говорил… – перебила Мария, зевая. Она любила младшего брата, но до чего же он иногда был надоедлив.

— И встретили там Пистолькорса! – торжественно заявил Дмитрий. Он знал, что это не оставит Мари равнодушной. – А потом, когда уезжали, встретили и его сына-конногвардейца. Удивительно нам везёт на пистолькорсного зверя.

— Пистолькорсово проклятие какое-то… – проворчала себе под нос девочка.

Дети, которые несмотря ни на что отца любили, могли в постигших их несчастьях винить только ту женщину, ради которой Павел бросил их и умчался за границу.

— Как думаешь, раз папá в Париже дом купил, возвращаться он не собирается?

— Не знаю, – Мария не хотела показывать брату, что она расстроена. – У многих дома за границей. Это ничего не значит.

— А ты бы хотела поехать к нему в Париж?

— Ежели она там?

— Да, кабы он нас взял и позвал сейчас?

— Ее, естественно, лучше бы не видеть, но Париж… Париж – совсем другое дело! Хоть бы глазом глянуть на Монмартр, поужинать в «Максиме»! Я танцевала бы там до упаду! Смертельно устала от этого скучного, упорядоченного, размеренного существования. Я жажду шума, волнений, да и вообще любых перемен! Надо же было случиться этой войне, и с дядей Сергеем! Теперь из-за этого так и буду сидеть без балов, а ведь мне скоро шестнадцать!

— Тебя хотя бы на обеды с офицерами полков берут, а мне все твердят, что я маленький! И знаешь, я думаю, дядя Ники разрешил бы, это все тетя его настраивает! Скоро она опять приедет из Москвы, и начнется…

В комнату заглянул воспитатель Дмитрия, Георгий Михайлович Лайминг, седой генерал с пушистыми бакенбардами и добрыми, лучистыми глазами.

— Ваше Императорское Высочество, Вам пора в постель!

XV

В бурлящую Россию пришла весна, как бы это ни казалось пошлым и неуместным борцам с самодержавием. Под радостное чириканье воробьев вместе со всем своим кабинетом министров был отправлен в отставку премьер Витте, передавший дела Горемыкину. Министром внутренних дел вместо Дурново, которого, как многие и предсказывали, Сергей Юльевич обвинил в излишней жестокости при подавлении восстания в Москве, был назначен Петр Аркадьевич Столыпин, вскоре задавший тон следующей политической декаде России.

А пока легкая сиреневая вуаль прозрачных ночей накрыла город на Неве. Сердца петербуржцев наполнились чувственным трепетом ожидания любви.

Бывший супруг Ольги твердо вознамерился жениться на своей пассии. Он запланировал в начале лета уволиться со службы, где вряд ли одобрили бы его сомнительные, если не сказать скандальные матримониальные идеи, отвезти возлюбленную за границу и там с размахом сделать ей предложение.