Книга Изгнание, страница 101 – Елена Бауэр

Павел узнал о случившемся, только когда в Санкт-Петербурге разразился скандал. Кирилл приехал к родителям, наивно рассчитывая, что Император пожурит его немного и простит, ведь брат Государыни, с которым развелась Даки, имел уже новую семью и, по всей видимости, был снова счастлив. Однако не успел он переступить порог дворца родителей, как к ним явился министр двора барон Фредерикс, чтобы передать решение Царя – Кириллу приказано было немедленно покинуть Россию и никогда не возвращаться. Его лишили звания, чина и, по слухам, великокняжеского достоинства. В последнем Павел сомневался, но со всеми остальными мерами он имел честь познакомиться на собственном опыте. Странно, что старший сын Владимира не предугадал реакции Ники. В этом случае она была предсказуема.

Молодые решили тоже обосноваться в Париже и, купив дом на Елисейских Полях, переехали туда.

— Похоже, скоро Царское Село в полном составе переберется в Париж, – рассмеялась Ольга, получив письмо от Михен. – Великая Княгиня собирается приехать погостить у детей.

— Я едва сдерживаюсь, чтобы не достать все те письма от Марии и Владимира, которые они настрочили мне после нашей свадьбы, упрекая в нарушении присяги и непонимании долга. Так и тянет отправить их назад сочинителям. Любопытно, почему, когда мои племянница и племянник манкируют царское дозволение, законы Православия, все возмущаются не их проступком, бросающим тень на императорскую фамилию, а самодурством Ники? – Павел был весел. Обида на брата с сестрой за их предвзятость уступала радости, что их опального полку прибыло. Теперь никто из них не посмеет упрекать его. – Как там моя сестрица писала? Что-то… тра-та-та… «честь не в этом состоит всем пожертвовать для женщины!». Пусть теперь спросит у своей дочери и Кирилла, где их принципы и чувство долга.

— Любовь моя, тебе совершенно не идет злорадство, – ласково заметила Мама Лёля, поглаживая заметно округлившийся живот. – Признайся, ты просто рад, что они будут ближе и ты не так будешь тосковать по России. Владимир тоже приедет?

— Он, естественно, жутко оскорблен и подал в отставку. Хотя чего же он ожидал? Довольно одного взгляда на то, как со мной расправились? Государь еще не сообщил ему своего решения, но, полагаю, это лишь дело времени.

— Хорошо, что Эрик уже не в адъютантах…

— Я уверен, твой бывший муж не пропал бы в любом случае, – довольно сухо заметил Павел. «При чем здесь Пистолькорс вообще?» – мысленно негодовал Великий Князь.

— У тебя есть идеи, кого в таком случае назначат новым командующим Петербургского военного округа? – Ольга сделала вид, что не замечает раздраженного тона мужа. Ее интерес носил вполне практический характер. Не о бывшем муже она беспокоилась, а о сыне. Материнскому сердцу было спокойнее от того, что она всегда по-свойски могла бы обратиться к командующему. Так было с Великим Князем Владимиром Александровичем, хотя, надо отдать должное, Мама Лёля никогда не пыталась знакомством с командующим злоупотреблять, чтобы выхлопотать для сына место побезопаснее. Само сознание, что в крайнем случае она можем прибегнуть к этому средству, немного успокаивало. С новым человеком придется выстраивать дружбу с нуля.

— Николашу, вероятно. Даже не спрашивай меня! – отношения с кузеном у Великого Князя не были безоблачными.