Книга Три солнца. Сага о Елисеевых. Книга II. Дети, страница 68 – Елена Бауэр

А судьба продолжала плести затейливые кружева судеб.

Григорий в силу своей интуиции острее остальных чувствовал, как надежды на нормальную жизнь испаряются с каждым днем каплями летнего дождя на иссушенной зноем, потрескавшейся земле. Россия еще не испила свою чашу страданий до дна. Мрак, который постепенно, с каждым поворотным моментом, определяющим судьбу, надвигался на страну, расправив свой черный плащ с кровавым подбоем. Смерть зловонием разлагающейся плоти уже дышала в измученные лица россиян. Костлявая снова крутилась на пороге семьи Елисеевых. Знакомые сообщили Григорию про исчезновение племянницы и самоубийство ее мужа. Он знал Лизу с рождения и был в таком шоке от леденящих душу новостей, что, забыв гордость и обиду, попытался дозвониться до Александра. Он хотел лишь выразить соболезнования и предложить любую необходимую помощь. Безуспешно. Тогда Гриша окончательно осознал, если бы брат был настроен наладить общение, он бы перезвонил или нашел другой способ дать понять, что готов восстановить взаимоотношения. Раз даже в таком горе он не желал пожать протянутую руку, это означало лишь одно – брата у Григория больше не было.

VII

Родственники, которые объединились на Песочной, чтобы вместе пережить уход Марии Андреевны, постепенно начинали разъезжаться по разным квартирам. После того, как Мариэтта сбежала к новоиспеченному мужу, уже и сам Сергей решил, что можно им с Верочкой и сыном пожить отдельно. Они переехали в квартиру на Большом проспекте Петроградской стороны. Переезд тем паче был к месту, поскольку Вера снова ждала ребенка. Манефу тоже пришлось взять с собой. Старушка не желала жить ни с кем, кроме Сережи или Гули, а Григорий Григорьевич младший все еще был на фронте.

Несмотря на желание немного обособиться, Сережа старался не оставлять своего дядю, который той весной лишился и супруги, и единственной дочери. Казалось, старик не сошел с ума только из-за своих внуков, которые после самоубийства отца жили с ним. Удивительно, как человек, вообще, мог пережить все одномоментно свалившиеся на него страшные беды. Сергей устроил в части дядиной квартиры Университетский клуб. Общение с людьми, казалось, должно хоть немного отвлекать старика. Несмотря на смутное, голодное время, в клубе регулярно собирались друзья и единомышленники из университета, которые приводили с собой интересных гостей – знаменитых художников и поэтов. Сережина Верочка умела поддержать беседу на любую тему, особенно если она касалась живописи. Она всегда хорошо рисовала, даже когда-то, до замужества, брала уроки у Константина Маковского. Она мечтала поступить в Академию художеств, но теперь в связи с положением, решено было это отложить на будущий год.

В отличии от отца, Сергей, как и большинство его друзей и коллег, считали, что трудности в стране временные. Они верили, если либеральное правительство выстоит, все постепенно наладится.

Братья с удовольствием бывали у Сережи, когда возникала такая оказия. Заезжали Гуля с семьей и Петя. Когда Коля был в отпуске, он оставил у Сергея кое-какие офицерские вещи перед тем, как снова уехать на фронт. Офицерам в Петрограде становилось все более небезопасно появляться на улицах, поэтому предпочтительнее было переодеваться в штатское. Коля был без супруги. Сережа с Верой постеснялись расспрашивать, решили, что расскажет сам, когда захочет. Довольно часто забегал Саша, но Зою он тоже с собой никогда не брал. Молодой человек понимал, что между его девушкой и братом – пропасть. Она посчитала бы Сержа буржуем и либеральным фразером, а тот испугался бы ее фанатичности. Шура и сам иногда предпочитал промолчать, чтоб не вызвать гнев своей кумачовой амазонки. Лишь с Мариэттой братья пока не общались. Сережа не мог ей простить безрассудное, как ему казалось, замужество и то, что она скрыла от них факт венчания.