Книга Ещё не совсем мертва, страница 75 – Холли Джексон

В толпе послышалось восторженное «о-о-о».

— Знаю, знаю. Я написал её довольно давно, так что, возможно, вы её уже слышали. Она называется «Для неё».

Пальцы Билли заскользили по струнам, перебирая аккорды. Глаза он опустил в пол.

— Если спросишь сердце: «Как долго?», оно ответит лишь: «С давних пор», — запел он. — А я спрошу тебя в ответ: как можно не любить этот её опасный оскал? Она смеется, словно умирающий старик, и я должен держать себя в руках, я правда стараюсь. Любил её с самого начала, с первого дня, но этот первый день никогда не станет единственным, потому что…

Билли ударил по струнам сильнее. Гитара зазвучала мощнее перед припевом, голос Билли тоже изменился — в нем появилась хрипотца, скрытая за основными нотами. Он запел:

...Она может никогда не полюбить меня в ответ, Может, время не то, или место, а может — и вовсе нет. Но она смотрит на меня своими глазами цвета земли, И я не уверен, что смогу дышать, черт возьми.

Не думаю, что это предначертано картами или звездами,

Мы на разных страницах, разминулись путями неброскими.

Но, черт возьми, я сыграю это до конца, Потому что я написал эту песенку… для неё...

Билли сглотнул и отступил от микрофона. Он выглядел взволнованным — Джет это видела по тому, как он всё еще не поднимал взгляда от пола.

— У-у-у-у! — Джет закричала, сложив ладони рупором и хлопая в ладоши. — Давай, Билли!

Толпа подхватила её крик.

Улыбка вернулась на лицо Билли. Его взгляд ожил, он обвел глазами бар, явно входя во вкус.

— Она — то, что мне нужно, моя половинка, да-да, я смотрел британский «Остров любви»^[41], к чему вопросы?

Джет рассмеялась.

— Нет, хватит спрашивать, мы просто друзья, не отвлекайтесь, мне еще петь и петь. Она — королева, но я не король, я просто чертовски влип, простите за крепкое словцо.

Все засмеялись, и щеки Джет вспыхнули еще ярче. Там, на сцене, был её настоящий друг.

— Принес тебе пива.

Билли занял место напротив, прислонив чехол от гитары к подлокотнику.

— Спасибо.

Джет помолчала, глядя на него.

— Ну? — Спросила она.

— Ну? — Билли переспросил, сжимая бутылку.

Он вздернул брови, отчего на лбу собрались мелкие складки.

— Ты не ужасен. — Джет улыбнулась.

Улыбку она чувствовала только одной стороной лица. Билли рассмеялся.

— Я же говорил тебе, что я не ужасен.

Он сделал глоток. В уголках его рта собрались морщинки. Он едва не пролил пиво, но вовремя вытер подбородок рукавом.

— Я бы никогда тебе не солгал. П-почему ты так тычешь себя в лицо?

— Я не чувствую щеку. — Джет вонзила палец в кожу, целясь ногтем. — А ты чувствуешь свою щеку?

Билли потянулся через стол, вытянув пальцы.

— Нет, не мою щеку, твою. Ты что-нибудь чувствуешь, когда я нажимаю?

Вместо этого Билли забрал у Джет бутылку пива.

— Сколько ты уже успела выпить?

— Ты хорош, Билли. — Сказала Джет. — Больше чем хорош. Чертовски хорош.

— Перестань.

Он натянул футболку на нос, полностью закрывая лицо. Джет потянулась к нему и дернула ткань вниз. На материи остались следы её пальцев и складки.

— Почему ты это скрывал?

— Я не скрывал. — Ответил Билли. — Я приглашал тебя раз пятьдесят. Ты вечно была занята.

— Вечно занята. — Пробормотала она.

Выдох был похож одновременно на вздох и смешок; Джет и сама не понимала, что это, и Билли, судя по всему, тоже.