Книга Коннемара, страница 159 – Николя Матье

Потому что каждый год все повторялось. Традиционная праздничная вечеринка всегда устраивалась перед самыми рождественскими каникулами, алкоголь лился рекой, напряжения рабочих дней как не бывало. Наступал черед неловких признаний, нелепых случек, а порой и поступков, способных разрушить в глазах начальства репутацию, выстраиваемую в течение года. Более практичные сотрудники предвидели подобный исход и обещали себе улизнуть пораньше. Но наносной глянец приличий, как ни старайся, трескался. После многомесячной гонки без передышки, в тисках между своими клиентами и менеджерами, с пульсирующими перед глазами дедлайнами, разрываясь между выполнением планов и необходимостью соблюдать протокол, люди были просто не в силах выдерживать этот режим выживания слишком долго.

— А где Эрванн?

Лизон, надевшая в тот вечер футболку с Ramones и кардиган из ангоры, приподнялась на цыпочках, высматривая его, но безрезультатно.

— Он готовит эффектный выход.

— Дурной знак.

— Ох…

Было уже восемь, и вскоре Лизон подключила свой мобильный к колонкам и завела семичасовой плейлист с гордым названием «Из говна – конфетку», что привнесло радикальное изменение в атмосферу вечера. Уровень алкоголя в крови неуклонно поднимался все выше, усиливая общий эффект, и люди все охотнее вступали в общение, начинали танцевать, громче разговаривать, обретая неожиданную пластику, и уже были не прочь пообниматься. Даже Парро, и тот снял на время свою личину паиньки. Он то и дело смеялся, что придавало ему удивительно мальчишеский и, надо признаться, сексуальный вид. Элен воспользовалась моментом и подошла к нему:

— Ну, что?

Его лицо мгновенно омрачилось тенью подозрения, а широкую улыбку будто губкой стерли, от нее осталась лишь ироническая усмешка в уголке рта.

— В смысле?

— Ну, не знаю, – лукаво сказала Элен. – Мы никогда не разговариваем. А мне интересно, доволен ли ты, как вообще здесь себя чувствуешь.

Нинон Карпентье и Карим Лебеф, младшие консультантки, постоянно липнувшие к Парро в надежде получить от него какие-то преференции, обменялись быстрым взглядом и спрятали лица за бокалами.

— Слушай, ну да. Пока мы занимаемся очень интересными вещами.

— Я слышала об этой твоей идее. Предложение премиум для жирных клиентов.

— Ага.

— Отлично. И что ты им предложишь, презентации в «пауэрпойнт» на золотом блюдечке?

Парро выдавил улыбку, но Элен буквально слышала, как у него внутри заскрипел механизм, как натянулись все тросы.

— Я лишь хочу, чтобы мы были готовы ко второму полугодию 2017-го. Вот и все.

— К президентским выборам? – спросила Элен, иронически приподняв бровь.

Парро подтвердил ее догадку легким наклоном подбородка.

— И на что ты ставишь?

— На неожиданный ход.

— То есть?

— Там видно будет. В любом случае, государство способно лишь сокращать расходы и фокусироваться на основных функциях. С социальным государством-папочкой покончено. Слишком трудно, слишком медленно.

— А главное, слишком дорого, – заметила Элен, которую взбесил этот залп из отборных клише.

— Ну да. Разумеется, это вопрос ресурсов. Я знаю, что все сейчас ищут новые способы балансирования. Именно здесь мы можем предложить нечто весьма полезное.

— Это твои дружки из консалтинга тебе напели?

Парро еле заметно наморщил нос. Ему было все сложнее скрывать свое раздражение, и две его «фрейлины» смекнули, что настало время упорхнуть к буфету. Поскольку гвалт в помещении не способствовал слышимости, Парро наклонился к самому уху Элен.