Книга Возвращение герцога, страница 85 – Валери Боумен

— Конечно. Вы же не дали мне договорить. Я была в Лондоне и собиралась ехать в Эверли-холл, когда ко мне явилась леди Клейтон.

Филипп опустил голову и пнул ком грязи носком сапога, ожидая продолжения.

— Знаете, что она мне сказала?

Филипп поднял голову:

— Могу только догадываться.

— Она отдала мне это письмо. – Софи вынула из сумочки листок бумаги и протянула ему.

Филипп, конечно же, сразу узнал свое письмо. Надо отдать должное Тее – умеет она добраться до сути дела! Вот и показала Софи это проклятое письмо.

— И что вы ответили?

— Я не ответила, но, пока собиралась в Эверли-холл, у меня было время подумать, очень много времени.

— И что же?

Письмо ничего не отменило, не повернуло времени вспять, однако вот она, Софи, стоит рядом, разговаривает с ним. О чем она думала, когда читала письмо?

Софи пожала плечами:

— Леди Клейтон мне еще кое-что сказала.

Филипп поморщился:

— Что именно?

— Что это вы сидели со мной день и ночь, пока я возвращалась к жизни в Грейстоуне, прежде чем приехал отец, и пытались со мной увидеться, да только он не разрешал.

— Он ведь вам не говорил об этом?

— Нет, не говорил, но признался потом, когда мы с Теей потребовали сказать правду.

Филипп почесал затылок:

— Могу ли я узнать, что именно он сказал?

— Не говорил, потому что хотел защитить меня от вас. – Софи улыбнулась. – Папа не очень-то хорошего мнения о вашем семействе.

Филипп качнулся на каблуках:

— Его можно понять.

— Но я заметила ему, что мы все совершаем ошибки. Его ошибку зовут Валентина.

По лицу Филиппа расползлась улыбка. Как легко сразу стало на душе! Он шагнул к Софи, намереваясь сжать ее в объятиях.

— Неужели это значит…

Но она остановила его, ткнув пальцем в грудь.

— Не спешите. Сначала вы должны пообещать, что для вас я всегда буду на первом месте, что вы будете ценить меня, дорожить мной и… и самое главное – доверять мне!

— Конечно! – без раздумий сказал Филипп.

— И, во‐вторых, мой папа требует, чтобы впредь вы не смели подвергать меня даже малейшему риску!

— Никогда! – поклялся Филипп.

Но Софи все не унималась:

— В-третьих, я не хочу помпезной свадьбы, когда все ведут себя исключительно благопристойно, как в церкви, и никто не нацепляет на себя прорву перьев.

— У нас будет самое скромное торжество, которую только могут себе позволить герцог и герцогиня, – со смехом пообещал Филипп. – Там будет столько перьев, сколько вы захотите.

— Разумеется, я-то перьев не надену, – рассмеялась и Софи, – но, надо полагать, это не касается леди Кранберри.

— В приглашении я укажу это как непременное условие, – поклялся Филипп.

— Отлично! Знаете, у вас замечательные друзья: могут быть исключительно убедительны, когда им что-то нужно. Обычно это прерогатива лорда Беллингема, но и Тея обладает даром убеждения.

— Тея отличный друг, – согласился Филипп, давая себе мысленный зарок непременно ее отблагодарить.

— Да, и она поклялась быть таким же верным другом мне, как и вам, даже вызвалась сопровождать меня в Тауэр, чтобы перед отъездом из Лондона повидаться с Валентиной.

Филипп удивился:

— Вы навестили мачеху?

Софи с улыбкой протянула руку к морде Алабастера и погладила:

— Не смогла удержаться и отказать себе в удовольствии сообщить ей, какого она сваляла дурака: ведь тот нетитулованный и вовсе не богатый молодой человек, в которого я влюбилась, – тот, кого три года назад она приказала мне забыть, – теперь герцог Харлоу.