Книга Лорна Дун, страница 296 – Ричард Додридж Блэкмор

Как ни странно, Фаггусу полегчало, щеки его порозовели, он взглянул на Уинни и улыбнулся, узнав своего верного друга. Я помог ему сесть, и он начал озираться по сторонам, как будто очнулся после кошмарного сна и все еще не верил, что самое страшное позади. Наконец он собрался с силами и чуть слышно проговорил:

— Уинни не ранена?

— Цела и невредима, — тут же ответил я.

— Значит, и со мной все в порядке, — подытожил Том. — Джон, помоги мне вскарабкаться на нее. Мы с ней друг без друга и умирать не будем.

Я был поражен его просьбой. Впрочем, Том и раньше удивлял меня своим легкомыслием, но сейчас я не знал, как поступить. Мне трудно было даже представить себе, как полуживой человек, истекающий кровью и обессилевший, сможет удержаться в седле. Путешествовать в его положении было самоубийством. Он снова и снова просил меня усадить его на Уинни и в конце концов пригрозил, что если я этого не сделаю, он сорвет все мои повязки, которые я с таким трудом наложил.

Я еще колебался, но тут мимо нас проскакала целая группа всадников, сметающая все на своем пути. Только небольшая живая изгородь возле сарая скрывала нас от их налитых кровью обезумевших глаз.

— Пора, — прошептал Том. — Только Уинни может меня спасти. Иначе конец. Мы с ней умрем вместе.

Поняв, что спорить с кузеном невозможно, я решил выполнить его просьбу, немного успокоенный тем, что решимость Тома все же поддерживала в нем жизнь. Я помог ему усесться в седле, вставил его ноги в стремена и посоветовал пригнуться к шее лошади, чтобы рана не сильно кровоточила. Оказавшись в седле, Том преобразился, глаза его заблестели, он будто окреп, ощущая под собой Уинни, готовую лететь вперед как на крыльях, лишь бы спасти хозяина.

— Благослови тебя Господь, Джон, теперь все будет хорошо, — прошептал Том. — Мою Уинни никто не догонит. Береги себя.

Он причмокнул губами, и кобыла понеслась вперед, как птица.

«Ну что ж, — рассуждал я, глядя на Строптивого, равнодушно жующего пучок травы неподалеку, — я сделал доброе дело, и надо благодарить Господа, что все обошлось. Это, конечно, хорошо. Но вот как теперь выбираться отсюда, когда вокруг снуют как ненормальные эти солдаты, а в наличии у меня только одна, падающая от усталости лошадь? Джон Рид как всегда остается в дураках. Теперь я в лучшем случае буду смотреть на небо из окошка тюрьмы. Что обо мне подумает Лорна?»

Находясь в таком невеселом настроении, я решил выждать некоторое время и не трогаться с места, тем более, что конь мой все равно нуждался в отдыхе и должен был подкрепиться. Строптивый опустил морду в траву и таким образом вместо четырех точек опоры о мать-землю имел целых пять. Завидуя коню, который мог хотя бы позавтракать травкой, я решил сперва выкурить трубку, а потом прилечь отдохнуть, хотя бы до тех пор, пока солнце не разбудит мух.

Я проспал часа три, а может быть, и больше (поскольку никогда не считаю время, когда сплю), и внезапно был разбужен тряской, еще более суровой, нежели мне досталась в гостинице от хозяйки. Я сладко зевнул, открыл глаза и прямо перед собой увидел человек двадцать пехотинцев.

— Это не ваш сарай, — заявил я, начиная злиться. Эти молодцы не дали мне выспаться, а теперь еще пытались и прогнать отсюда, как я подумал сперва. — И что вам угодно, ребята? Кончайте это дело.