Книга Лорна Дун, страница 169 – Ричард Додридж Блэкмор

— Я бы не стал с такой уверенностью обсуждать это на твоем месте, Джон, — спокойно ответил старик, вместо того, чтобы рассердиться, как я этого ожидал. — Я хочу, чтобы ты знал, что наш род очень старинный. Послушай меня, мой мальчик, не знаю, кто ты — шут гороховый или честный дурак, но послушай мудрые слова старика, которому осталось жить считанные часы. В этом мире ничего не бойся, не доверяй никому, ни на что не надейся. И уж, тем более, здесь нет никого, достойного любви.

— Я думаю, ваша милость ошибается, — заметил я. — Иначе нам вообще не стоило бы жить.

— Поэтому, — продолжал старик, не обращая внимания на мои слова, — хотя поначалу тебе будет тяжеловато, ну, как потерять любимую игрушку, что ли (заметь, я ничего тебя не лишаю, а только стараюсь ради тебя самого), но только я тебе запрещаю видеться с этим глупым ребенком. Женитьба — всего лишь глупый фарс, даже если муж и жена принадлежат одному сословию, если у них схожи характеры, вкусы и привычки. Если же между ними возникают разногласия, то их агония приобретает трагическую окраску. Я думаю, что смог тебя убедить, ибо не в моем характере слишком долго разглагольствовать. Я мало верю в честь мужчин, чуть больше доверяю женской гордости. А теперь в присутствии Лорны ты дашь торжественную клятву, что никогда больше не будешь искать с ней встречи и даже не позволишь себе думать о ней. Позови ее, я уже устал.

Он не сводил с меня ледяного взгляда, а губы его чуть растянулись в надменной улыбке, словно он сейчас наслаждался моей растерянностью. Старик протянул руку вперед, указывая пальцем на дверь. И хотя все во мне противилось исполнению его приказа, я, не смел ослушаться, а только поклонился еще раз и отправился за Лорной.

Я нашел свою возлюбленную (а может, уже и не возлюбленную, потому что я не знал, как она отреагирует на решение деда) всю заплаканную у маленького окошка, откуда доносился шум реки. Я осторожно обнял ее за плечи, но не стал прижимать к себе, а просто, попытался побыстрее успокоить, и спросил, что ее так расстроило. Она не стала ничего отвечать мне словами, ибо в этот момент разговаривали наши сердца. Мы не смотрели в глаза друг другу и не разговаривали, но поняли все. Я думаю, что каждый человек, который испытывал настоящую любовь, ощущал что-то похожее в своей жизни.

Мы вошли в комнату сэра Энзора следующим образом. Я взял правую руку Лорны в свою ладонь, а левой рукой придерживал ее за талию. Головой она прижалась к левой (и лучшей) стороне моей выдровой куртки, давая понять, что полностью доверяет мне и знает, что ничего плохого с ней произойти не может. Я же шел твердым размашистым шагом, поскольку не боялся ни черта, ни преисподней, покуда рядом со мной находилась моя любимая и единственная.

Старый сэр Энзор удивленно приподнял брови. Сорок долгих лет его не осмеливались ослушаться, ему повиновались беспрекословно, он знал, что я боюсь его, вернее, боялся еще пару минут назад. Правда, я и сейчас немного страшился этого старика, но со мной была Лорна, она ждала моей поддержки и не ошиблась во мне.

Затем я отвесил ему низкий поклон, как меня учили в Тивертоне и что я своими глазами видел в Лондоне, и стал терпеливо ждать, когда старик соизволит заговорить, как и полагалось в соответствии с его возрастом и положением.