Онлайн книга «Добрая фея короля Карла»
|
Гастон не перечил. Ему хорошо были известны еретические взгляды возлюбленной на вопросы религии; впрочем, это называлось уже другим словом, не менее страшным, ведущим на ту же дорогу, где выстроились еретики, которых ведут на костер тупоумные фанатики в белых и коричневых рясах. Слово это – «безбожие». Но он и сам был едва ли не таким, во всяком случае всегда усмехался и зевал во весь рот, когда речь заходила о выдержках из Ветхого и Нового Завета или о заповедях Христа. Одно для него было непреложно: никому в целом свете не переубедить Эльзу, ибо она твердо уверовала в правду, в свет, в то, что старается всеми силами убить, погасить святая Римская церковь. И он готов защищать свою даму от любого врага, от той же Церкви, ибо ему нравится протест Эльзы, ее своеобразная борьба против невежества и зла. Да нравится, в конце концов, она сама! Во всяком случае, она чище любой из тех, кто живет при дворе. Умнее, смелее! И может быть даже, он влюблен, кто знает. Гастон и сам еще не понимал этого, знал только, что никому не позволит обидеть ее, потому что она – дама его сердца! Так он размышлял, а Эльза тем временем рассказывала ему о своих прогулках; в роще, оказывается, у нее уже есть любимые деревья: это старый дуб-великан и две стройные, высокие осины рядом. Каждое утро она приходит сюда и здоровается с ними, а они в ответ шепчутся о чем-то и кланяются ветвями. Она сама видела! И она обнимает и целует эти две осинки и корявого исполина, который в ответ по-стариковски ворчит, кряхтя стволом и толстыми сучьями. А еще она обнаружила неподалеку ручеек. Совсем немного, около одной десятой мили она прошла и увидела родничок, маленький, но бурливый и в один фонтанчик. А дюймах в пяти – другой такой же, прямо близнец. Должно быть, братья отчего-то рассорились, иначе непременно вместе поднимали бы со дна хороводы песчинок, забавляясь такой игрой и соревнуясь, кто подбросит выше… А еще – детишки, его племянники. О, как она любит их! Готье целыми днями лазает по деревьям и упражняется в стрельбе из лука, у него есть даже любимая лошадка; а Агнесса учится вышивать и все еще играет в куклы. Днем капеллан обучает детей латыни и молитвам, а вечерами Эльза читает им сказки и легенды из книг, которых много в библиотеке. Брат и сестра, правда, уже умеют читать, но любят слушать, с интересом разглядывая миниатюры в рукописях. — Как живет замок? – неожиданно спросил Гастон. – Все ли здесь ладно? Тебя никто не обижает, не пристает? Только скажи… — Кому меня обижать, да и с какой стати? – пожала плечами Эльза. – Я никому не делаю ничего плохого. Я люблю всех обитателей замка; люблю лес, травы, цветы, веселое солнце и звонкие ручейки; люблю селян, которые едва ли не каждое утро привозят в замок овощи, фрукты и кое-какие изделия собственного производства. Мне нравится жить, Гастон, и жизнь платит мне тем же, лаская меня, храня, раскрывая свои тайны. Чем же я могу быть недовольна? Одно омрачает мои дни… — Что же это? Или, быть может, кто? — Я часто думаю о матушке Урсуле. Как она там без меня? Мы уже столько не виделись… Ах, Гастон, поедем как-нибудь, мне так не терпится ее обнять! — Обязательно поедем, – прижал он ее к груди, – и, может быть, даже еще раньше, чем ты думаешь. |