Онлайн книга «Добрая фея короля Карла»
|
— Ее величество оказалась на том рынке совершенно случайно, в силу сложившихся обстоятельств; царственное положение не предусматривает миропомазанным особам посещать такие места, вы и сами это понимаете, святой отец. Далее. Неизвестно, придет ли вновь та женщина, а если так, то когда именно. Не станете же вы предлагать королеве ежедневно появляться на рынке. К тому же эта торговка может быть одета по-иному, нежели раньше, что весьма затруднит ее опознание. Вдобавок она может торговать чем угодно: сегодня это был настой, а завтра, к примеру, будет лук или яблоки, что не менее осложняет задачу. И наконец, последний довод против вашего предложения, которое вы, с позиции Церкви, позволили себе облечь в форму приказа: это могла быть женщина, впервые оказавшаяся в Париже. Словом, святой отец, нет никаких оснований устраивать ежедневные дежурства на рынке Палюс, тем более что вы собираетесь привлечь к этому делу ее величество королеву. Содон не стал горячиться, это не принесло бы ему никаких выгод. Папа Урбан V по происхождению был француз, а он сам – итальянец, сын кровельщика. Вряд ли понтифик не примет сторону своего соотечественника. К тому же следует иметь в виду, что Урбан вовсе не собирался посылать в Париж инквизитора: этот регион не нуждался в таких мерах по борьбе с ересью и ведьмами. Но Содон продолжал донимать верховного пастыря настойчивыми просьбами, ссылаясь на то, что ему кажется подозрительной внезапная кончина короля Жана II, и он готов усмотреть в этом действие колдовства. Папе не было до этого дела; это был ученый муж, не фанатик, не злобного нрава, покровитель образования. Он основал университеты в Венгрии и в Польше, в Тулузе и в Монпелье и занимался больше науками, нежели делами религии. Но упрямый монах в конце концов донял его, и он позволил ему отправиться ко двору Карла V в целях искоренения ереси, коли это будет иметь место. Возможно, отыщутся ведьмы, которых надлежит отправить в Авиньон на святой суд, ибо светская власть в те времена не занималась судопроизводством в отношении ведьм, это практиковалось пока что только на юге Франции, в Швейцарии и в Северной Италии. Взвесив все это, Содон милостиво кивнул: — Хорошо, пусть вершится по воле светской власти, хотя ей надлежит подчиняться святой Церкви, которая с этого момента будет тщательно следить за тем, чтобы лечение наследника престола не проводилось колдовскими методами. Тем и кончилось. А маленькому Жану с каждым днем становилось все хуже: он терял сознание, кашлял, его рвало с кровью. У постели стояло нечто вроде раки с мощами и постоянно дежурил монах, наблюдавший за тем, чтобы не нарушались предписания отца Содона. Сложив руки на груди и воздев очи к небу, монах безразлично бубнил молитвы. Врачи сбились с ног. Карл пригрозил выгнать их из дворца, если мальчику не станет лучше, а если, упаси бог… Об этом даже страшно было подумать: король бросал недвусмысленный взгляд в сторону топора палача, изображенного на шпалерах. И больному тотчас прописали лекарство: десять лягушачьих лапок, пять только что вылупившихся из яиц цыплят и печень новорожденного ребенка сварить в большой кастрюле, бросить туда две горстки освященной осиновой коры, дать настояться и пить маленькими глотками после утренней, дневной и вечерней молитв. Если не будет улучшения, зарезать молодую свинью, собрать кровь, и пинту этой крови, после освящения ее в соборе Богоматери епископом, вылить в эту кастрюлю. Нашлось еще средство: трижды пропустить черную ленточку сквозь живую лягушку и повязать потом эту ленточку на шею больному. Помимо этого, один из врачей припомнил некий весьма действенный способ избавления от кашля и рвоты: из загривка осла (загривок этот похож на крест) надо выдрать несколько волосков, положить их между двумя ломтиками хлеба и дать пожевать больному. Побежали искать осла. Нашли. Выдрали. Дали. Малыш поперхнулся и едва не отдал богу душу в тот же миг. Посчитали, что это дьявол воспрепятствовал кресту, и повторили опыт, но теперь волоски прилепили к освященной облатке и заставили проглотить. Ребенок беспомощно раскрыл рот, выпучил глаза и, схватившись за горло и закашлявшись, упал со стула… |