Книга Ожерелье княжны Гальшки, страница 107 – Александр Мартинович

Отряд, который начал преследовать Сангушко, вернулся ни с чем. Да и не в полном составе. Оставшиеся в живых, рассказывали, что они настигли князя у большого болота, где произошел бой. Однако взять Дмитрия в плен, а тем более захватить Гальшку не удалось.

Они словно в воду канули. Правда, другие источники сообщали, что Сангушко отсиживается где-то на Полесье, в одном из своих отдаленных имений, но, где конкретно, никто сказать не мог. В отчаянии княгиня пригласила к себе отца и сына Зборовских. Приехал, однако, только старший. Но это Беату не удивило. В отличие от других претендентов на руку Гальшки Мартин Зборовский, хотя и не прочь был взять в жены ее дочь, никогда в Остроге не показывался. Словно выжидал, что все уладится благодаря влиянию отца. Имел основания вести себя подобным образом, потому что Зборовские принадлежали к одним из самых богатых магнатских родов. И от отца Мартин слышал, что Беата не прочь с ними породниться, хотя и заняла выжидательную позицию. Оба не сомневались, что обязательно придет время, когда это изменится.

И такой момент настал. Зная о похищении Гальшки, питая ненависть к Сангушко, Зборовский появился в замке Беаты не просто в приподнятом настроении, а настолько уверенным в себе, что едва не произошел конфликт.

Началось все с того, что он вызывающе повел себя с охраной. Постучав в дверь и решив, что на его появление не обращают должного внимания, не просто повторил стук, а призвал на помощь своих людей. Стоял такой грохот, что вышла сама Беата.

— В чем дело? — поинтересовалось она у слуг.

— Какой-то пан, не назвавшись, начал угрожать.

Как бы в подтверждение этих слов, за дверью послышалось:

— Открывай, пся крев, а то сломаю!

Княгиня, призвав на помощь как можно больше прислуги и дрожа от негодования, приказала открыть дверь. Только она распахнулась, как ввалился коренастый мужчина с обнаженной саблей.

— Как Зборовского встречаете? — заорал он.

— Господи! — от удивления Беата готова была перекреститься. — Так это вы, пан Зборовский?

Пришел его черед удивиться. Поднял голову, на лице появилась улыбка. В глазах вместо злости — радость, а заискивающий взгляд не вызывал сомнений, что этот человек готов на что угодно, только бы расположить к себе хозяйку замка.

— Кого вижу?! Княгиня Беата! — это было сказано так искренне, что, не зная цели визита Зборовского, можно было подумать, будто он случайно встретил ту, кем теперь восхищался. — Какая радость вас видеть! — он взял ее правую руку и нежно, едва касаясь губами, поцеловал.

Беате это понравилось:

— А у вас, пан Зборовский, светские манеры.

От этих слов он почувствовал такое удовольствие, как и Острожская от его поцелуя. Возможно, даже большее.

— Настоящий пан учится поведению с женщиной в Европе.

Княгиня искренне рассмеялась, хотя прекрасно знала, что Зборовский в Европу никогда не выезжал. Правда, своевременно остановилась, лицо ее стало строгим:

— А как вяжется с европейскими манерами то, что вы так бесцеремонно ломитесь в чужой замок?

Однако можно было догадаться, что эта напускная строгость появилась на всякий случай, чтобы не забывал Зборовский, к кому приехал.

— Княгиня, мне так хотелось вас быстрее увидеть.

— Что вы решили сломать дверь, — подхватила Беата, не скрывая того, что все же Зборовский ей нравится. Не как мужчина, конечно, — такой мысли у нее не было, — а как человек, который всегда найдет достойный выход из любой ситуации. Именно такой человек ей и был нужен, когда решался вопрос о возращении похищенной Гальшки и должном наказании Сангушко.