Книга Ожерелье княжны Гальшки, страница 106 – Александр Мартинович

— Не хочу стать для тебя обузой.

— Так вот ты о чем? — он опустился перед ней на колени. — Чтобы я больше ничего подобного не слышал, — сказав, начал целовать ее руки, губы.

— Ты меня любишь? — спросила Гальшка.

— А ты сомневаешься?

Вместо ответа она задала еще один вопрос, от которого ему стало не по себе:

— Я не умру?

— О чем ты, милая?

— Хочу жить, — Гальшка закрыла глаза.

Дмитрий понял, что она уснула, поэтому поспешил оставить шалаш. Подозвал одного из бойцов и приказал ему:

— Ни на шаг не отходи. А если княжне станет совсем плохо, позовешь меня.

И только отошел, как увидел Васю с бойцами.

— Верный оруженосец! — обрадовался Сангушко. — Рассказывай, что узнал.

— Мало приятного, князь.

— Не тяни.

— Нас по-прежнему преследует отряд, посланный Беатой. Сама она направилась в Вавель за поддержкой короля. Одновременно обратилась за помощью к Зборовскому. Обещает выдать Гальшку замуж за его сына Мартина, — выпалил он на одном дыхании и, в свою очередь, спросил: — А у вас как дела?

— У нас не лучше, — ответил Сангушко так обреченно, что это Васе не понравилось.

— А ты, князь, смотрю, совсем духом пал, — сказал он.

— Видишь, — Дмитрий показал на болото, — куда ни посмотришь, одна трясина.

— И нигде тропок нет? — поинтересовался Вася.

— Не было времени искать.

Сангушко вдруг заметил Федю.

— А это кто такой?

— В плен взяли.

— Но зачем он здесь?

— Пожалел я его.

— Думаешь, тебя он пожалеет?

— Уверен, — ответил Вася.

— Пусть будет по-твоему, — согласился Дмитрий.

— Гальшки что-то не видно, — спохватился оруженосец.

— Беда с Гальшкой.

— По-прежнему капризничает?

— Хуже. Совсем слегла.

— Дела-а, — протянул Вася.

Начинало смеркаться. Внезапно, буквально на глазах, солнце опустилось так низко, что там, где небо сливалось с землей, своим краешком начало касаться небольших деревьев, неизвестно как оказавшихся среди трясины. А вскоре темнота совсем взяла все вокруг в свои объятья. Стало зябко. Вася и Сангушко даже поежились. Но не только от этого было неприятно. Мошка, которая донимала днем, вовсе обнаглела. Ее полчища появились неведомо откуда и не давали покоя ни людям, ни лошадям.

— Что будем делать, князь? — спросил Вася.

— О чем ты?

— Без костров пропадем.

— О каких кострах можно говорить? — удивился Сангушко. — Сразу же станет ясно, где находимся.

— Все равно дорога ведет сюда. Рано или поздно погоня настигнет нас.

Дмитрий не знал, что и предпринять. Подумав, сошлись на том, что нужно немного обождать. Возможно, ближе к ночи мошки будет меньше, а если совсем станет невмоготу, ничего не поделаешь, придется раскладывать костры. Однако сама природа пришла на помощь. Над болотом появились густые, словно вата, хлопья тумана, которые через некоторое время наплыли и на опушку леса, где расположился отряд. Это позволило зажечь небольшие костры, в которые подкладывали ветки можжевельника.

Вскоре дым смешался с туманом, на расстоянии вытянутой руки было ничего не видно, мошка уже не надоедала. Все же вблизи лагеря расставили усиленную охрану на тот случай, если преследователи захотят напасть ночью.

После аудиенции у короля Беата все-таки решила не возвращаться в Острог. Конечно, она понимала, что лучше было бы вернуться, но осознание, что ей придется находиться рядом с Острожским, приводило в негодование. Поэтому поехала в Вильно, оттуда посылала гонцов во все стороны, стараясь не упускать ситуацию из-под контроля. Однако вести, которые привозили они, доставляли мало радости.