Книга Великолепная Софи, страница 18 – Джорджетт Хейер

— Ну, скажу я вам, честное слово, очень приятно отобедать в уютном семейном кругу. Вы можете передать вашему повару, леди Омберсли, что мне понравился его способ приготовления утки. Смею заверить вас, такого блюда я не ел даже в «Уайтсе»!

После этого он пересказал самую последнюю сплетню и приветливо поинтересовался, как его дети провели день.

— Если ты подразумеваешь меня, папа, – сказала Сесилия, – то я провела день так же, как я провожу все дни. Сначала съездили с мамой за покупками, потом я гуляла в парке с моими сестрами и мисс Аддербери, и еще я занималась музыкой.

По ее тону нельзя было предположить, что она находила слишком много радости в подобном времяпрепровождении, но лорд Омберсли сказал «Великолепно!» и перенес свое внимание на супругу. Та поведала мужу о визите сэра Чарльза и просьбе брата взять на себя заботы о Софии. Лорд Омберсли дал свое милостивое согласие, отметив, насколько все складывается удачно, и поздравил дочь с тем, что та столь неожиданно для себя приобретала милую компаньонку. Чарльз, которого вся эта вкрадчивая нечувствительность в немалой степени возмущала, нашел в себе силы посочувствовать сестре и глухо заметил, что у них нет пока еще никаких оснований предполагать, будто София хоть немного окажется очаровательной и милой. На это лорд Омберсли парировал, что у него ни на секунду не закрадывается никаких сомнений по этому поводу, и добавил, что все они должны постараться сделать пребывание их кузины приятным для нее. После этого он поинтересовался у Чарльза, не намеревался ли тот отправиться на скачки на следующий день. Чарльз, который знал, что скачки, о которых шла речь, проводились под патронажем герцога Йоркского и влекли за собой для близких друзей сего бравого молодца несколько вечеров в Отландсе, с игрой в вист со ставкой в фунт, помрачнел больше обычного и сказал, что он намерен отправиться на несколько дней в Омберсли-парк.

— Тебе непременно надо съездить в поместье! – бодро согласился отец. – Я и забыл про это дело о Саут-Хэнгере. Да, да, неплохо было бы, если бы ты занялся этим.

— Я обязательно займусь, сэр, – вежливо ответил мистер Ривенхолл.

Затем он взглянул на сестру, сидевшую напротив, и поинтересовался у нее:

— Не хотела бы и ты сопровождать меня, Сесилия? Я с удовольствием возьму тебя, если только ты не против.

Она колебалась. Возможно, то была протянутая оливковая ветвь, но это могло оказаться и очередной попыткой вырвать у нее из груди ее мечты о мистере Фовнхоупе. Мысль, что в отсутствие Чарльза в городе, при некоторой изобретательности, она сумела бы сделать возможной для себя встречу с Огастусом Фовнхоупом, решило вопрос. Она пожала плечами и ответила:

— Нет, благодарю тебя. Я не знаю, чем бы я смогла заняться в деревне в это время года.

— Кататься со мной верхом, – предложил Чарльз.

— Предпочитаю кататься в парке. Если тебе нужна компания, почему бы тебе не взять с собой детей, уверена, они с восторгом примут твое предложение.

— Как тебе будет угодно, – безразлично заметил брат.

Обед подошел к концу, и лорд Омберсли удалился из семейного круга. Чарльз, у которого не намечалось никаких встреч на вечер, проводил мать и сестру в гостиную и, пока Сесилия лениво наигрывала какую-то мелодию на фортепиано, сел поговорить с матерью о предстоящем визите Софии.