Книга Лишенные богов, страница 66 – Лиза Андерсон

— Орканской магией управлять легче, чем капризными силами земли, – продолжал Арен, сокращая дистанцию. – Даже неопытная ведьма с ее помощью может стать угрозой мирового масштаба, если начнет играть с мертвыми.

В памяти Вик всплыл голос Натаниэля, когда тот забирал Генри. Его предупреждения о «неподготовленных ведьмах», ставших опасными. Его слова о матери Вик, которая открыла на них охоту. Неужели он имел в виду именно это? Неужели за ними охотились не из-за того, кем они были, а из-за того, что они могли призвать?

Арен повелительным жестом подозвал ее к себе и раскрыл ладонь, ожидая, когда она вложит в нее свою руку.

— Дай мне руку, – приказал он.

Вик помедлила, скованная внезапным напряжением.

— Что ты задумал?

— Мы проверим теорию твоего драгоценного Шепарда. – В его голосе послышалась сталь. – Если ты действительно способна слышать язык… если ты улавливаешь то, что Орден пытается заглушить своими запретами, заклинание откликнется. Если нет – что ж, одним заблуждением станет меньше.

Вик с явной неохотой протянула левую ладонь.

— Пожалуйста, – он насмешливо приподнял бровь, – дай мне доминирующую руку.

«Это просто сон», – повторила она себе как мантру. Ничего из этого не перенесется в реальность. Никаких шрамов, никакой боли. Она вытянула правую руку. Его пальцы сомкнулись на ее запястье – хватка была неожиданно крепкой и горячей.

Когда Арен потянулся к алтарю за ножом, Вик инстинктивно дернулась назад. Но он лишь сильнее сжал пальцы, не давая ей вырваться.

— Будь смелой, Виктория. Тебе это даже понравится.

Сдерживая волну паники, Вик заставила себя замереть. Она завороженно смотрела, как острое лезвие коснулось подушечки указательного пальца. Резкий укол – и на коже выступила густая багровая капля, тяжело скатившаяся на ладонь. Вик зашипела от боли, которая казалась слишком реальной для сновидения.

— Еще одну, – пробормотал Арен почти не дыша.

Он проделал то же самое со средним пальцем. Вик до боли прикусила губу, чувствуя, как лезвие пробивает тонкий барьер кожи. Кровь текла по руке, горячая и липкая, и в этот момент границы между сном и явью окончательно стерлись.

— Теперь повторяй за мной. – Арен указал на холодную поверхность алтаря.

Он сжимал черный стебель, словно карандаш, и уверенными мазками выводил на камне линии. Он крошился, оставляя за собой дорожку из угольной пыли.

— Возьми его ранеными пальцами. Рисуй то же, что и я.

Вик вцепилась в эту мысль как в спасательный круг: «Это не по-настоящему. Боль в руке исчезнет, как только я открою глаза». Она коснулась камня, повторяя его движения. Сначала длинная прямая линия – в локоть длиной. Затем две буквы «V», переплетенные в воздухе, и три странные фигуры, напоминающие кресты с неестественно длинными «хвостами».

Арен не отрывал взгляда от ее лица. Когда последний символ был завершен, он резко прижал свои ладони к центру знака, заставляя Вик сделать то же самое.

В ту же секунду мир взорвался.

Вик никогда не испытывала ничего подобного. Кровь огненным приливом ударила в лицо, а чувства обострились до предела. Стены комнаты перестали быть преградой: она слышала, как далеко внизу ветер свистит в ветвях деревьев. Она чувствовала ритм сердца Арена – тяжелый, мерный стук барабана, который теперь отдавался в ее собственной груди. Воздух обрел вкус: густой аромат крови, едкий запах древесного угля и колючая свежесть горного бриза.