Книга Лишенные богов, страница 63 – Лиза Андерсон

— Это здравое наблюдение, – отозвался Арен. – Твой прошлый опыт здесь бесполезен. То, кем ты была в прежней жизни, в этих стенах не имеет никакого значения.

— Я в курсе, что здесь другие правила, – бросила Вик. – Все постоянно намекают, что мне здесь не рады и что я могу не закрывать дверь, когда уйду.

— Тебе действительно здесь не место, – отозвался Арен, но в его голосе не было осуждения. Он просто констатировал факт, как погоду за окном.

Пока Вик изучала алтарь, он оттолкнулся от стены и подошел ближе. Каменная чаша, связка черных лучин, нож с деревянной рукоятью размером с ее ладонь и пустой кубок. Вик даже присела, чтобы осмотреть основание плиты, но дно было идеально ровным. А когда она выпрямилась, то наткнулась на изучающий, почти препарирующий взгляд Арена.

— Тебе кто-нибудь говорил, что ты похожа на свою мать?

«Очередная удочка», – устало подумала Вик.

— Нет. Никто и никогда.

Потому что это было ложью. Вик была выше, крепче, темнее и куда злее. Вместо небесно-голубых глаз у нее были карие, да и хмурилась она чаще, чем следовало бы. При жизни Мередит это ужасно ее раздражало. Но их фундаментальное различие крылось глубже внешности. Между ними пролегала невидимая, но непреодолимая пропасть.

— В замке к тебе плохо относятся? – прервал ее мысли Арен.

— А тебе не все равно?

— Я же сказал: мне любопытно.

— Некоторые – да, – неохотно признала Вик. – Они смотрят на меня так, будто я представляю угрозу. Что просто смешно, учитывая, что у меня нет ни капли власти.

— Орден куда слабее, чем им хотелось бы признавать, – ответил он, медленно обходя ее по кругу. – Ты для них – опасный компромисс. Если пустить в святая святых одного «чужака», за ним неизбежно придут другие. Никто за пределами этих стен не знает, чем на самом деле занят Орден. И их это устраивает.

Вик не забыла предупреждение Ксана. Если Макс прав и она действительно способна обуздать магию, то само ее существование опровергнет догмы, на которых веками держался Ахерон. Они слепо верят в собственную исключительность. Признать ошибку для них – значит разрушить все. А перемены в этом мире редко обходились без большой крови.

— С практической точки зрения, – продолжал Арен, неспешно расхаживая по комнате, – твоя лояльность под большим вопросом. Они до смерти боятся, что ты станешь информатором для любого из многочисленных врагов Ордена.

— У Ордена много врагов? – повторила Вик, прищурившись. – Могу я предположить, что ты – один из них?

— Разумеется, – Арен ослепительно улыбнулся. – У нас с Орденом, скажем так, несовместимые взгляды на то, какую роль магия должна играть в обществе.

— Тебя не заботит секретность, – догадалась Вик.

Арен взял с алтаря одну из почерневших лучин и принялся ловко крутить ее между пальцами.

— Одержимость Ордена тайнами – это позиция, порожденная страхом. Кое-что из этого оправданно, но большая часть – лишь попытка удержать ускользающую власть.

Стебель танцевал в его пальцах, двигаясь в такт его размеренному дыханию, словно живой.

— Я же не из тех, кто склонен поддаваться страху.

Вик не знала, чему верить. Если этот человек – лишь плод ее подсознания, то откуда в его голове информация, которой нет у нее?

— Ты знаешь, как создаются ведьмы? – спросил Арен.

Стебель застыл в воздухе.