Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 28 – Сьюзен Уилсон

Даже с закрытыми глазами Парис чувствовал, как пристально она смотрит.

— Ты мне очень дорога.

Ничего не значащие слова, которые он разными способами произносил десятки раз множеству женщин. Он не собирался сделать травницу несчастной, но, возможно, пришло время действовать. Она так мила и так красива. С легкостью завоюет преданность какого-нибудь деревенского парня. Ей на роду написано выйти замуж, воспитывать детишек и располнеть. Парис ошибся в выборе любовницы, и этим все сказано. Так вышло, и в том нет ничьей вины.

Он посмотрел на Энону из-под полуприкрытых век и потянулся, чтобы обнять на прощание. Она не шевельнулась. Мысли Париса улетели в город, под стену цитадели, к девушкам, которых он знал и которых ему еще только предстояло встретить.

На ее прекрасном, с тонкими чертами лице застыл немой вопрос. Травница и впрямь очаровательна, Париса так и тянуло прикоснуться к ее загорелой коже. Это молодое тело никогда не будет прекраснее, чем сейчас, весной жизни. Неужели так сложно произнести слова, которые она так жаждет услышать, которые позволят ей получить удовольствие? Возможно, им движет не только желание, а какие-то чувства. Прощаться вовсе не обязательно. Он бы пожалел, если бы прервал их не успевшую толком начаться связь, да еще и в такой замечательный день, когда так ласково светит солнце, а трава такая мягкая и душистая.

Парис ответил на ее вопрос:

— Я к тебе неравнодушен, Энона.

Ее щеки порозовели.

— Только ко мне?

— Только к тебе.

— Отец еще не выбрал тебе невесту?

— Ах, нет… Нет… Мой брат Гектор женится на Андромахе. А я? О, нет.

— А кто такая Андромаха? Неважно. Ты в самом деле испытываешь чувство ко мне, Парис? И всегда будешь?

Он заколебался всего на миг.

— Конечно, любовь моя. Моя единственная любовь навечно.

Энона тихо вскрикнула.

Это привело Париса в возбуждение. Он привлек девушку к себе и почувствовал, как она расслабилась; ее губы, касаясь его груди, повторяли его имя снова и снова. Осторожно, сдерживая желание, чтобы не напугать ее, Парис перевернул ее на спину. Долго целовал ее шею и плечи, а потом улыбнулся. Дрожащим пальцем она обвела контуры его лица. Он прижал свои губы к ее и раздвинул их языком.

Тело Эноны выгнулось. Наконец-то девушка, которая так долго держала его на расстоянии, будет принадлежать ему.

* * *

В то время, как Энона обрела блаженство в объятиях любимого, далеко за морем гораздо менее довольная жена сидела подле своего мужа и пыталась пришить к праздничной юбке ряд дисков в форме ячменного зерна. Ее муж с благодушной улыбкой слушал жалобы советников.

Елена приладила золотой диск и с силой вонзила иглу в неподатливую шафраново-желтую ткань. В любой момент Менелай должен был дать заверение, которое давал каждый год.

Услышав его, Елена скорчила гримасу.

— Все будет хорошо.

Лица собравшихся мужчин и женщин – большей частью высших жрецов и жриц из храмов, раскиданных по всей подвластной Менелаю Лаконии, – выражали целую гамму чувств, от натянутой любезности до сдерживаемой досады. Их, чтобы не поощрять высокомерия, называли слугами богов, хотя при этом они входили в число влиятельнейших людей государства.

Высшая жрица Пелеи, богини желания, вышла вперед. В ее ушах позвякивали тяжелые серьги из электрума с подвесками в форме маленьких голубей.