Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 172 – Сьюзен Уилсон

Приам злобно взирал на остальных сыновей.

— Вы ничем не лучше Париса. Бездельники! Трусы! Почему вы до сих пор здесь, когда Гектора больше нет? Он единственный был смел и стоил родовых мук своей матери. И теперь его нет, моего милого Гектора. Моего мальчика, моего дорогого мальчика… – Он снова зарыдал.

— Отец, не вини нас. Пожалуйста… – прошептал Деифоб, брат, бросивший Гектора в момент, когда был нужен больше всего. Елена никогда не сможет слышать его голос, не вспоминая при этом, как он толкал ее к стене цитадели и поносил как единственную виновницу в смерти Гектора.

Приам достаточно овладел собой и усмехнулся:

— Видеть больше не могу никого из вас! – Он, пошатываясь, поднялся на ноги. – Просто сидите здесь дальше, бесполезные мальчишки. Устраивайтесь поудобнее, а я все улажу. Я не позволю, чтобы тело вашего брата и дальше подвергалось надругательствам.

Гекуба положила свою тонкую руку на локоть Приама, стараясь его удержать. Ее голос дрожал от страха:

— Что за безумие?

Не обращая на нее никакого внимания, Приам приказал слуге взять повозку и доверху нагрузить сокровищами – мантиями, туниками, покрывалами, треногами, котлами, чашами, золотыми слитками – и накрыть все это простынями.

— Запряги в повозку пару мулов. И приготовь мою колесницу. Я выкуплю тело Гектора.

Гекуба презрительно усмехнулась.

— Ты думаешь, Ахиллес отнесется с уважением к твоим сединам? Ты рассчитываешь на сострадание со стороны чудовища, убившего нашего сына? Он взглянет на тебя один раз и зарежет. У него нет жалости.

— Мне не нужна жалость. Я хочу похоронить своего мальчика. – Прежде чем Гекуба успела сказать что-то еще, Приам приложил ладонь к ее щеке. – Ты думала, я брошу его после всего, что он сделал для нас? Если я сегодня погибну, то обнимая нашего ребенка. Что я за отец такой, если не попытаюсь сделать для него хотя бы этого?

Гекуба медленно выдохнула. Она закрыла глаза и почти неуловимо кивнула.

Когда мулы были запряжены, а гонец Приама Идей уже сидел на повозке, Гекуба приказала слуге принести Приаму чашу, чтобы он совершил возлияние богам. Царь помолился за успех задачи по возвращению тела Гектора, независимо от того, что станется с его собственным телом. Поцеловав жену на прощание, царь вывел колесницу из дворца в окружении плачущих сыновей и дочерей. Елена с Парисом шли по цитадели позади остальных. У Скейских врат Приам отогнал детей прочь и стегнул лошадей по спинам.

* * *

Боги приглядывали за тем, как Приам с Идеем едут по Скамандрской равнине. Иначе как двое беззащитных стариков смогли бы добраться до вражеского лагеря невредимыми с полной повозкой сокровищ? Приам поднял лицо к появляющимся на небе звездам и на некоторое время забыл о войне, забыл о грохочущих колесах колесниц и топоте человеческих и лошадиных ног, давным-давно вытоптавших всю траву. Его выцветшие глаза увидели погруженную в сумерки землю, и ему показалось, что на ней снова царит мир. Он почувствовал непривычный прилив радостного возбуждения и гнал лошадей все быстрее. Приам повернулся к Идею и засмеялся. Он снова был мальчишкой, младшим сыном царя Лаомедонта, мчавшимся в своей красивой колеснице по царству, которое он и не чаял когда-нибудь унаследовать. Агамемнон еще не привел ахейцев, уничтожающих его сыновей. Геракл еще не привез убийц его отца и братьев.