Книга Красный галстук, черный лес, страница 35 – Валерий Шарапов

Он положил трубку, придвинул к себе журнал, стал выписывать домашние адреса всех трех мальчиков.

— Зачем эта суета? — вдруг спросил Шевчук с неожиданным легким раздражением. — Дело можно закрыть. Дети нашлись. Тревога была ложной.

— Что?! — с плохо скрытой угрозой произнес Максим и сделал шаг к Шевчуку. — Тревога была ложной?! У вас несколько суток не было никакой информации о пропавших мальчиках. Они могли утонуть в озере, заблудиться в лесу, могли наесться ядовитых грибов. Их, в конце концов, могли похитить, издеваться над ними, убить, расчленить…

— Ой! — поморщился директор и отмахнулся рукой. — Не надо мне этих страшных сказок!

— Я его сейчас покалечу, — сказал Максим своим коллегам.

— Уважаемый директор, — вмешалась Грайва, понимая, что конфликт может плохо закончиться. — Во время моей практики в институте Сербского я видела много материалов уголовных дел и изучала протоколы осмотра. Знаете, как выглядят дети, которых находят через неделю в лесу? И если вы думаете, что звонок одного папаши отменяет вероятность того, что двое других лежат сейчас где-то в овраге, то вы либо идиот, либо преступник.

— Мы продолжим поиски, пока не будет железных доказательств, что все дети живы и в безопасности, — добавил Туманский.

Шевчук поднялся из-за стола. Лицо у него стало жестким, чужим.

— В таком случае я буду звонить вашему руководству. Вы должны покинуть территорию лагеря. Вы нервируете детей. Здесь вам больше делать нечего.

Туманский кинул короткий взгляд на директора и повернулся к двери. Было видно, каких титанических усилий стоило ему держать себя в руках. Валя и Илья вышли из кабинета за ним следом.

На аллее Валя попыталась разрядить обстановку:

— Предлагаю сходить на озеро. Нам нужно прийти в себя. И я бы выпила вина.

— А я предлагаю сыграть с пацанами в футбол, — отозвался Илья.

Туманский остановился. Повернулся к коллегам. Вид у него был задумчивый, глаза блестели.

— Я не верю, — сказал он. — Ничему и никому не верю. Нам врут. Все врут. И я узнаю, зачем.

Туманский пошел дальше, быстро, решительно.

Валя и Илья продолжали стоять. Молча, не понимая, что делать дальше.

Но они точно знали одно: дело не закончено. Может быть, оно только начиналось.

Опорный пункт милиции занимал крайнюю комнату в здании сельсовета. Здесь пахло сургучом, дешевыми сигаретами «Прима» и половой тряпкой, которая сохла в углу на ведре, распространяя кислый дух.

Тодеренчук сидел за столом, заваленным папками, и выглядел человеком, выигравшим в лотерею «Спортлото». Галстук был сдвинут набок, верхняя пуговица рубашки болталась на одной нитке. При виде следователя участковый расплылся в улыбке, обнажив ряд крепких желтоватых зубов.

— А, товарищ из Москвы! — гаркнул он, символически привставая. — Заходите, гостем будете. Чай есть, правда, без сахара, зато крепкий, как мои мускулы. Ну что, поздравляю? Волки сыты, овцы целы, а?

Туманский прикрыл за собой обитую дерматином дверь. Шум села сюда не долетал, только муха билась о стекло, пытаясь пробить головой путь на свободу.

— С чем поздравляешь, лейтенант? — Максим отодвинул ногой тяжелый стул и сел напротив. — У нас еще не известна судьба двоих пропавших. Или математика в районе работает иначе?

Тодеренчук хмыкнул, потянулся к пачке сигарет, выудил одну, помял ее в пальцах.