Книга Чужой среди своих, страница 5 – Кирилл Архангельский

-Это да. Я сам никогда таких не видел.

Шкери начала массировать свои вески – у неё от стресса заболела голова. Тем не менее, она наконец выплеснула все эмоции и почти успокоилась. Что не укрылось от внимания её собеседника:

— Полегчало?

Женщина утвердительно кивнула.

— Нам ведь от него не избавиться? – грустно сказала она.

— Нет, - серьезно ответил Гарх, - даже если бы дома нас не ждала за это перерезанная глотка…

На утро караван продолжил неспешно катиться на запад.

Арамуш неторопливо подходил к одному из первых постов охраны на границе Гобнетоля. Небо было приветливо светлым и голубым, а солнце освещало всю долину, где расположился его родной город.

— Первый раз вовремя. Кто бы мог подумать, - покачал головой гоблин.

Несмотря на его опыт, последние несколько лет он всегда опаздывал с возвращением в город.

— Может, потому что теперь я один…

Пробурчал себе под нос Арамуш и волей-неволей посмотрел по бокам от себя.

Сколько он себя помнил, он всегда ходил в горы вместе с друзьями. Друзьями, которые теперь были мертвы. Друзьями, чьи тела он сам закопал в паре дней пути от дома. От этой мысли его кулаки сжались, а на глазах были готовы появиться слезы, но Арамуш взял себя в руки. Он уже пролил достаточно слёз два дня назад.

Шмыга и Толчок, одни из самых тупых гоблинов, которых он когда-либо встречал. Они были вместе с самого детства. Вместе играли, вместе тренировались, вместе вляпывались в переделки. Даже его отец никогда не понимал, почему он таскал с собой этих двух дураков, хотя, казалось бы, кому как не Вождю понимать цену верности. А в том, что эти двое ему будут верны до самого конца, у Арамуша никогда не было даже сомнения. И вот этот конец наступил… И теперь у него никого из близких не осталось, за исключением брата, но тот временами вёл себя так странно, что Арамушу казалось, что тот сам не может до конца определиться с тем, что чувствует к своему брату.

— Стой! Кто идёт? – раздался знакомый голос из-за постовой башни.

Гоблин встряхнул головой – он успеет обо всём этом подумать, когда будет дома. Возьмёт бокал вина, усядется у камина и помянет верных друзей.

— Первое копьё! – привычно прокричал Арамушу, невидимому стражнику.

За стеной башни раздался топот сапог по деревянной лестнице и уже совсем скоро, из-за ближайшей двери, высунулась зелёная голова в серой меховой шапке.

— Господин Тахир! Вы вернулись! – радостно прокричал стражник.

— Вернулся, вернулся, - буднично отмахнулся Арамуш, удивляясь неожиданной реакции на своё возвращение.

— А где остальные, Господин? Где ваши товарищи?

Лицо Тахира помрачнело, и стражник даже на секунду испугался, что сказал что-то не то, но Арамуш быстро взял себя в руки.

— Как тебя зовут, боец?

— Шак! Господин! – чётко оттарабанил Шак, отдавая честь Тахиру.

— Они мертвы, Шак. Мне нужно поскорее к Вождю и брату, - покровительственно ответил гоблин, довольный ответом стражника.

Глаза стражника начали взволнованно бегать. Вот эта реакция уже не понравилась Арамушу.

— Г-г-господин… - заикаясь начал Шак.

— Что такое? Что-то не так? – с подозрением спросил Тахир.

Гоблин начал переминаться с ноги на ногу, не решаясь ничего сказать.

— Что-то случилось? – голос Арамуша начал приобретать грозные нотки. Всё-таки он не обычный гоблин, а сын Вождя, и имеет право требовать ответ на любой свой вопрос.