Книга Я вернулась, чтобы сжечь его дом. Том 2, страница 7 – Наталья Бутырская

Проходили дни, недели и даже месяцы. Яо Пэн по-прежнему часто ходил в горы, что-то варил на заднем дворе и беседовал о пустяках с новым другом. Кан Цзеси навещал его каждые два-три дня, не жалуясь и не разочаровываясь, раз в неделю писал отчет и передавал его управляющему Хо для госпожи Ли. Прорыв случился лишь спустя полгода, и первым об открытии Яо Пэна узнал его лучший друг — Кан Цзеси. А дальше началась уже работа, о которой я прочла в недельном отчете.

* * *

— Брат Кан, ради такого покрытия богачи вытащат из сундуков все деньги! — восхищенно воскликнул Кан Цзеси, любуясь переливами лака на дощечке.

Старик Яо и сам не мог отвести глаз от великолепного покрытия. Не зря он несколько лет ходил в горы и собирал разные камни, перетирал их в пыль, смешивал с сырым лаком. Лепестки цветов, смола, крылья насекомых и даже зола — чего он только не перепробовал за это время. А ведь изначально он всего лишь хотел добиться, чтобы лак походил на перламутр раковин.

— Да, теперь я разбогатею, — пробормотал старик Яо, — буду каждый день есть белый чищеный рис, яйцо и куриную ножку. Куплю жене шелковый платок, и она вернется.

— Ты чего? Какая куриная ножка? Какой платок? Купишь ей новое платье, чтобы от ворота до подола — всё из шелка! Будешь каждый день есть по целой курице! Да хоть по десять кур!

— Разве мой лак столько стоит? — засомневался Яо Пэн.

В последние годы он даже не замечал, что ел, вроде бы только недавно еда стала сама появляться на его столе. Наверное, ее приносил друг Кан.

— Он стоит очень дорого! Настолько дорого, что я теперь начинаю бояться за моего друга Яо.

— Это почему?

— Сам подумай. Какой торговец не захочет сам делать и продавать такой лак? Если кто-то увидит твой лак, обязательно захочет вызнать секрет. К тебе пошлют людей, выкрадут из дома, посадят под замок и заставят с утра до ночи варить такой лак. Или вовсе выпытают его секрет и убьют брата Яо.

Алхимик испугался, схватил Кана за руку и спросил:

— Что же делать, брат Кан? Ты же никому не расскажешь? Я… я… нет, я не могу уничтожить такую красоту. Я столько лет ее искал…

— Тебе нужно найти покровителя, — уверенно заявил Кан Цзеси. — Сильного и благородного. Лучше какого-нибудь чиновника. Торговцы — они слишком жадные. Но надо, чтобы чиновник был высокого ранга, иначе алчные люди могут погубить и его ради открытия брата Яо.

Старик Яо расстроился еще больше:

— Эх, брат Кан, как же мне попасть к столь важному чиновнику? Он ведь и не посмотрит на такого, как я. И как узнать, кто из них честный и благородный? Может, ты подскажешь? Я-то всё время то в горах, то в доме сижу — совсем не знаю, о чем люди говорят.

Кан Цзеси открыл было рот, но засомневался и покачал головой:

— Я бы сказал, да боюсь, брат Яо подумает, что я попусту языком мелю, нахваливаю невесть кого.

Старик поднял дощечку, поднес к лучу света, пробивающемуся сквозь щель в крыше. Синий переливался в фиолетовый, алый — в золотой, изумрудный — в бирюзу.

— Назову его небесной глазурью. Только на Небесах могла появиться такая красота. На Небесах и в моем старом котле на заднем дворе. Хе-хе-хе. Нельзя, чтобы мое творение умерло в безвестности, нельзя. Пусть брат Кан говорит, этот старик его выслушает.

— Я уже говорил брату Яо, что работаю в лавке, но это не моя лавка. На самом деле мой покровитель — господин Ли Вэй, правый министр. Если брата Яо озарит удача и господин Ли Вэй согласится принять его под свое покровительство, тогда брату Яо нечего будет страшиться. Кто осмелится оскорбить правого министра? Второго человека после императора! А сам господин Ли слывет человеком справедливым и честным, я от него только добро видел. Он своих работников не обижает, даже его управляющий прежде был обычным лавочником, совсем, как я.