Онлайн книга «Искатель, 2011 № 06»
|
— А чего ты не указал в акте про свои сомнения? — поинтересовался я. — А оно мне надо? — философски заметил «светило» криминальной медицины, разливая по стопкам «вещдок» — изъятую на месте бытового убийства водку. — За такие сомнения можно и по башке от прокурора получить. — Это почему? — Понимаешь, Егорушка, — эксперт был значительно старше меня, и излишняя фамильярность ему прощалась, — случаются моменты, когда лучше не верить глазам своим и указать в заключении то, что устроит и успокоит всех. — Не понимаю. Это чем же таким особенным жмуру артерию порвали, что в акте упоминать нельзя? — Заметь, Егорушка! — Сидорчук поднял стопарь. — Я тебе не говорил, что орудие убийства другое. Просто кристально честный человек на моем месте указал бы в перечне еще одно вероятное, с позволения сказать, орудие убийства. Повторяю по слогам: ве-ро-ят-но-е. Но «кристально честные» в нашей системе долго не задерживаются. Вот я и не указал. Зато все спят спокойно. Бум? — Подожди, — я остановил руку «специалиста» со стопкой у самого его рта. — Что за орудие-то? — А ты сильно хочешь знать? — Может, и не сильно, но хочу. Сидорчук наклонился через стол и прошипел: — Зубами ему артерию порвали. Острыми зубами. Понял? Но это — версия. Неофициальная. Так будем или ты пропускаешь? После подобного сообщения пропускать не хотелось, и мы выпили. Но я не мог успокоиться: — А все-таки. Предположим, поймаем мы убийцу. И выяснится, что он загрыз жертву. Ты же, как эксперт, облажаешься. — Не облажаюсь. Во-первых, никто его не поймает. Во-вторых, даже если и поймают, то в протоколе все равно запишут, что он убил отверткой. — Но почему?! — Будучи начинающим следователем, я никак не мог постичь хитромудрой логики уважаемого профи. — Да потому что это никому не нужно — вампира ловить. Представляешь, как народ перепугается? А он у нас и так напуган выше крыши всякими революциями, перестройками и дефолтами. Так что спи спокойно, дорогой товарищ. Вампиров у нас нет. А есть только отдельные несознательные граждане, бегающие по вагонам с отвертками, — Сидорчук не совсем к месту захихикал, но тут же посуровел. — Усек линию партии? И не вздумай болтать про то, что от меня услышал. А лучше вообще забудь. Болтать я не стал. Но и не забыл, засело как-то в голове, словно заноза. Хотя эксперт оказался прав. Убийцу мы не нашли. Несмотря на то, что личность покойного в конце концов удалось установить. Выяснилось, что он ехал в поезде «Санкт-Петербург — Екатеринбург», откуда и вылетел, с чьей-то недоброй помощью, под откос. Дело у нас забрали и передали в Питер, где оно благополучно заглохло. Минуло около года, и меня направили на краткосрочные курсы повышения квалификации в Москву. И вот там, в случайном разговоре с коллегой из соседней области, я выяснил, что недавно на их территории произошло два похожих убийства. Трупы также находили в «полосе отчуждения», люди умирали от большой потери крови, и у обоих убиенных обнаружились рваные раны в области сонной артерии. Тут меня и заклинило — я ведь мнил себя комиссаром Мегрэ, не меньше. Возвратившись домой, начал собирать информацию, но скрытно от начальства. Просветительская работа Сидорчука не пропала даром, да и сам я потихоньку вникал в специфику «системы». А ее основополагающее правило: не суй нос туда, куда не просят. |