Книга Тайны Брушвитца, страница 100 – Дан Гришин

Солдат, расположившийся на козлах второй повозки, сдвинул со своего лица маску и выкрикнул:

— Чего пристал?! Убирайся с дороги, живее!

Стражник даже не взглянул на крикуна, обратившись к огру:

— Вас уже ждут в замке. Велели передать, как только явитесь, чтобы немедля спешили туда. — И выразительно повторил: — Немедля!

— Кто велел, комендант? — спросил Грум.

— Нет, новый хозяин.

— Палий Кудлата?

Воин вновь пошевелил усиками, взяв паузу на раздумья, и наконец ответил:

— Не помню.

— Понятно, — потерял интерес огр, тронув упряжку вперёд.

Крысюк, улыбаясь, смотрел назад, наблюдая за странным человеком. Тот подошёл ко второй повозке, поинтересовавшись у солдата:

— Чем это воняет?

Солдат на козлах снова приспустил маску:

— Сам посмотри.

Стражник дотянулся до брезента, откинул край, и, ни капельки не изменившись в лице, сказал:

— Мертвецов не пущу в город. Тебе с ними надо на кладбище.

Солдат принялся спорить, что-то объяснять и доказывать повышенным тоном, но юный воин был непоколебим, и лишь появившийся другой защитник города, видимо, напарник первого, дозволил телеге проехать.

Как только повозки вкатились во внутренний двор замка, Грум сразу же увидел около десятка герцогских гвардейцев. Воины, облачённые в выкрашенный синим цветом пластинчатый доспех, обхаживали своих лошадей у конюшни, попутно беседуя о чём-то своём — они заметно напряглись, уставившись на пришлых. Больше не обращая на тех внимания, огр сошёл с телеги, разминая отёкшую поясницу.

Один из стражников поспешил в большой дом с докладом о прибывших гостях, и вскоре наружу вышли три человека. Первым был капитан Лиорик. Вторым в дверном проходе показался статный воин, одетый в броню гвардейца, но выделялся этот от прочих бойцов бронзовой эмблемой на нагруднике, выполненной в виде герба Лейклендского герцогства — Грум опознал в нём сержанта Кларка, которого повстречал однажды в резиденции герцога. Третьим же был краснолицый мужчина, лет пятидесяти, наряженный в богатые одежды по последней столичной моде — Палий Кудлата, судя по всему.

— Где Грегор?! — бесцеремонно выпалил новый наместник Брушвитца, гневным взором уставившись на огра.

Грум отступил в сторону, ибо своим могучим торсом перекрывал вид на телегу, и спокойно сказал:

— Забирайте. Почти что не помятый.

— А второй кто? — спросил Палий более сдержанней, после осмотра кузова.

— Разбойник из той же шайки, — охотно пояснил Грум.

— Остальные где?

— Других нет — померли.

— Значит так, — обратился наместник уже к Лиорику, приказным тоном, — Грегора помыть, переодеть, накормить, и пусть его осмотрит лекарь. Разбойника немедленно повесить на рыночной площади, в назидание другим — нечего даром провиант на него переводить.

Услышав про себя, Пирс мгновенно побледнел и всем телом мелко задрожал. Когда стражники начали вытаскивать его из телеги, он испуганными глазами воззрился на своего атамана и, едва не рыдая, умоляюще запричитал:

— Господин, скажите им, что я ваш слуга! Не позволяйте повесить меня! Прошу, я вам пригожусь! Пожалуйста, господин! Нет… не-е-ет!

Пирса поволокли к воротам, за которыми тот вскоре исчез вместе с сопровождающими его стражниками. Ранее Грум удивлялся, почему это разбойник так смело держится всю дорогу, не выпрашивая пощады, а теперь понял — Пирс надеялся, что Грегор замолвит за него словечко, и тем самым убережёт от виселицы. Потому он и пресмыкался перед дворянином, проявляя небывалую заботу, когда узнал, что герцог не хочет того смерти: выхаживал болезного в шалаше, за руку водил к кустикам по нужде, с ложечки кормил — чуть ли в попку не целовал! И, стало быть, наивно полагал, что за эти заслуги у него будет шанс заодно спасти и свою жизнь. Но атаман равнодушно отнёсся к мольбам своего бывшего подопечного, будто и не знал совсем этого человека.