Книга Этномир. Тур для чайников и проклятых мечей, страница 37 – Ева Бими

Мы шли дальше, оставляя за спиной зеленеющие, но осиротевшие земли царства, лишённого защиты. Путь к зловещей ведьме обещал быть долгим и, судя по компании, чудовищно напряжённым. За мной плёлся Елисей, ищущий своё место в мире без отцовской любви; впереди нервно вышагивал Демид, жаждущий любым способом разорвать магическую цепь, привязавшую его ко мне; и меч в моих руках, который, похоже, наконец-то нашёл себе занимательное занятие в виде наблюдения за всеобщим взаимным дискомфортом.

Солнце давно утонуло за горизонтом, но лунный свет щедро заливал тропу.

Тишину пронзил внезапный вой. Не то звериный, не то человеческий, но от него по коже побежали мурашки. Елисей вздрогнул и прижался ко мне. Демид остановился как вкопанный и прикрыл глаза, прислушиваясь к чему-то, недоступному остальным.

— Ведьма не одна, — прошептал отшельник, не открывая глаз. — Там что-то… тёмное. И голодное.

Я сглотнула, ощущая, как пересохло во рту. «Договариваться со злом» казалось всё менее привлекательной перспективой. Но отступать было некуда. Слишком многое стояло на кону.

— Меч, высвети, — повелела я, поднимая клинок.

Он проворчал что-то невнятное о том, что «я тебе не ночной светильник», но просьбу исполнил. В тусклом лунном свете лезвие вспыхнуло мягким, зеленоватым огнём, отгоняя ночную тьму. Тоскливый волчий вой разорвал тишину, на этот раз громче и ближе. Впереди, меж переплетением корявых ветвей, зловеще замерцали два хищных огонька.

— Похоже, переговоры начинаются раньше, чем мы рассчитывали, — пробормотал Демид, извлекая из-за пояса замысловатый кинжал с рукоятью из чернёного серебра — прежде я его не замечала.

Из лесной чащи медленно вышел чёрный, как смоль, волк. И всё бы ничего, если бы он не возвышался надо мной, грозный и величественный.

Демид внимательно пригляделся и начал что-то шептать подступающему зверю-великану. А тот, словно понимая его речь, лишь повёл ухом и развернулся, направляясь прочь от тропы, в гущу леса.

— Идём за ним, — скомандовал Демид, торопливо пряча кинжал. — Он приведёт нас к хозяйке.

Мы двинулись следом за волком, продираясь сквозь колючий кустарник и перешагивая через упавшие стволы деревьев. Демид шёл впереди, уверенно ориентируясь в ночной темноте, словно видел не хуже самого зверя.

Вскоре лес начал редеть, и мы вышли на небольшую поляну, в центре которой стояла старая, но добротная избушка. Лунный свет заливал её серебристым сиянием, делая картину одновременно завораживающей и жутковатой. Волк остановился у порога и, обернувшись к нам, предупреждающе зарычал.

— Будь готова ко всему. Хозяйка не жалует непрошеных гостей, — обернулся Демид и бросил на меня предостерегающий взгляд, мол, никаких глупостей.

— Это ты сейчас с волчьего перевёл? — с нервной усмешкой предположила я, надеясь, что это всего лишь обычное предупреждение, а не предвестие внепланового квеста с посмертным исходом.

Дверь избушки бесшумно распахнулась. В проёме выросла высокая фигура, закутанная в плащ цвета глубокой фиалки. От неё волнами исходил терпкий аромат сушёных трав, смешанный с едва уловимым флёром мистики. Признаться, я ждала увидеть сгорбленную старуху, с инфернальным хохотом колдующую над кипящим котлом с омерзительным варевом. Или что-то в этом роде. Но никак не приветливую женщину, словно сошедшую со страниц доброй сказки. Может, не всё так и плохо?